<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?><rss xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/" xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/" xmlns:atom="http://www.w3.org/2005/Atom" version="2.0" xmlns:cc="http://cyber.law.harvard.edu/rss/creativeCommonsRssModule.html">
    <channel>
        <title><![CDATA[Stories by Максим Цыганков on Medium]]></title>
        <description><![CDATA[Stories by Максим Цыганков on Medium]]></description>
        <link>https://medium.com/@maks_view?source=rss-fc986c2bb89a------2</link>
        <image>
            <url>https://cdn-images-1.medium.com/fit/c/150/150/1*QvfYFYKRLp5_fRXRPaQqwQ.jpeg</url>
            <title>Stories by Максим Цыганков on Medium</title>
            <link>https://medium.com/@maks_view?source=rss-fc986c2bb89a------2</link>
        </image>
        <generator>Medium</generator>
        <lastBuildDate>Tue, 17 Nov 2026 08:30:53 GMT</lastBuildDate>
        <atom:link href="https://medium.com/@maks_view/feed" rel="self" type="application/rss+xml"/>
        <webMaster><![CDATA[yourfriends@medium.com]]></webMaster>
        <atom:link href="http://medium.superfeedr.com/" rel="hub"/>
        <item>
            <title><![CDATA[ГЛОБАЛИЗАЦИЯ, ЭКОНОМИКА, МОНОГОРОДА: ОТ ОБЩЕГО К ЧАСТНОМУ]]></title>
            <link>https://medium.com/@maks_view/%D0%B3%D0%BB%D0%BE%D0%B1%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D0%BC%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D0%BE%D1%82-%D0%BE%D0%B1%D1%89%D0%B5%D0%B3%D0%BE-%D0%BA-%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D1%83-9168885aa675?source=rss-fc986c2bb89a------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/9168885aa675</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Максим Цыганков]]></dc:creator>
            <pubDate>Sun, 23 Apr 2017 12:40:57 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2017-04-23T13:55:55.379Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<p><strong>Верите ли вы в глобализацию?</strong></p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/848/1*WxSf2fvdqY0FbFOFaoWjyA.png" /></figure><p>Вопрос отчасти может быть риторическим. Но только отчасти, поскольку среди научного сообщества (среди которого, конечно же, есть и те, кто хоть раз в своей жизни пробовал колу или обедал в Макдональдсе) окончательного мнения на этот счет до сих пор не сложилось. В этом смысле, показателен труд профессора по глобальной стратегии испанской бизнес-школы, доктора экономических наук Панкадж Гемавата — «Мир 3.0». В нем он с присущей скрупулёзностью пытается ответить на искомый вопрос: «Есть ли глобализация на самом деле, и насколько серьезно она проросла в сферы нашей жизни?»</p><p>Собственно, что можно считать точкой отсчета глобальных интегральных процессов? На мой взгляд — это государственность, которая стала первым структурным глобальным явлением, объединяющим разные народы. Пусть изначально не соприкасаясь друг с другом, государства выстраивались по единым канонам, имели единые истоки. Конечно, институты были различны, и это не была глобализация в современном понимании. Однако в целом, государственность отвечала одному из главных свойств глобализации — унификации.</p><p>Можно долго спорить о данном явлении, но, мне кажется, что в области экономических процессов ответ очевиден: системы мировых экономик настолько сильно сплетены друг с другом многомерными и многофакторными связями, что современная экономическая наука не в состоянии в полноте и достаточности выявить эти корреляции. За последние 90 лет, пожалуй, начиная с биржевого краха 1929 года, это стало одной из её приоритетных задач. Вопрос в том, насколько такое взаимопроникновение экономик полезно для общего блага отдельно взятых стран, и главное — народов. Интеграция может нести не только большие преимущества, но и фатальные последствия — мировые кризисы, дестабилизирующие национальную безопасность стран.</p><p><strong>Экономика, как паттерн глобальной унификации</strong></p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/848/1*A_U12TUNth6Iww61yOI7Sw.png" /></figure><p>Приверженцы Смита и Хайека ответят, что сокровенный смысл глобализации — свободный мировой рынок и масштабы взаимодействий, ускоряющие экономический рост. Однако какую цену приходится платить за эти выгоды?</p><p>Современная экономическая наука всё чаще обращается к институциональной школе, с которой связывают решения современных задач экономики. И не просто так. По факту, институты выступают некими наборами правил как формальных, так и неформальных. И если с первыми всё понятно (законы, НПА), то вторые — сокровенный стержень, почти скрижали, скрывающие смыслы не только выстраивания экономических процессов, но и формирования общества, как органичной метасистемы. Иными словами: ваши предпочтения в выборе чая или кофе по утрам могут кардинально сказаться на перспективном состоянии экономики государства, в котором вы живете. Поэтому будьте осторожны в своём выборе.</p><p>Неформальные институты формируются под влиянием культурных изменений, создавая доминанты и определяя траектории развития государств и народов. В свою очередь, если неформальные институты являются отражением индивидуальности народов, менталитета нации, то глобальная экономика в разрезе формальных норм и правил выступает тотальным унификатором финансовых, бюджетных, кредитно-денежных и иных отношений между субъектами. Вспоминается анекдот:</p><p><em>Инженер изобрел автомат для бритья, у него и спрашивают:</em></p><p><em>- Как он работает-то? Габариты головы-то у всех разные…</em></p><p><em>- Ну… это только до первого бритья…</em></p><p>Такой процесс напоминает естественный отбор (кто виноват, что формой головы не вышел — не повезло). И всё же, насколько единые правила игры полезны для всех участников, и как результат — полезны для экономики в целом. Над глобальной экономикой нет регулятора, нет «всевидящего ока», максимум — договорённости, упакованные в международные институты, стандарты. Нет никого, кто как опытный СЕО мог бы выявить индивидуальность каждого государства, и реализовать его потенциал, как потенциал своего сотрудника. Побеждает конкуренция и принцип: «падающего — подтолкни».</p><p>На протяжении всей своей истории экономика, как и любая наука, старалась трепетно закрепить каноны, стандартизировать структуру, выстроить правила, закономерные для всех, — старалась найти универсальную «пилюлю», способную вылечить каждого «больного». Томас Мор в своё время придумал для такого случая замечательный термин — «Utopia».</p><p>Яркий пример унификации экономических принципов — МВФ (Международный валютный фонд). Получивший в 1970-х годах приток капитала от стран ОПЕК через западные банки, МВФ стал подсаживать страны «на кредитные иглы». Не всегда объективно оценивая кредитные риски (стоит вспомнить хотя бы Аргентину, реформы которой поддерживались в начале 1990-х МВФ и обернулись дефолтом в 2000-х), не учитывая национальную специфику и руководствуясь общими правилами, МВФ диктует условия предоставления новых кредитов и возврата старых, заставляя страны (преимущественно, конечно, нуждающиеся страны третьего мира) осуществлять болезненную трансформацию собственных экономик, в том числе и во вред национальным интересам. Такие «сухие» и жесткие условия, как бюджетная экономия, сокращение зарплат, ограничения прав трудящихся, отказ от субсидирования цен на базовые продукты, усиление налогового давления на бедных, урезание госпрограмм здравоохранения, недостаток финансирования которых уносит жизни реальных людей, — являются отражением политики единых стандартов, имеющих одну цель: вернуть долги с процентами и в максимально сжатые сроки. Об обеспечении экономической эффективности кредитуемых государств здесь говорить сложно (разве только на период возврата заемных средств).</p><p>Выстраивание индивидуальных эффективных экономических систем невозможно без вовлечения в эти процессы общества — носителей культурных кодов и ментальных особенностей государства. Только в данном случае, по моему глубокому убеждению, возможно обеспечить эффективную, мобильную и ликвидную во всех смыслах экономику. И здесь огромную роль играет формирование зон моральной ответственности жителей государств, регионов, территориальных образований, стимулирование их гражданской активности.</p><p><strong>Моногорода — инкубатор общественно ориентированной экономики</strong></p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/848/1*wrewXn8BwmYCAwi9bQJ5Bw.png" /></figure><p><em>«Через осуществление великих целей человек обнаруживает в себе и великий характер, делающий его маяком для других». Г. Гегель</em></p><p>Парадоксально, но в современном отечественном (и не только отечественном) проектировании государственного взаимодействия на федеральном, региональном и муниципальном уровнях складывается аналогичная ситуация: фактически не учитывается или учитывается в недостаточной степени специфика и особенности территорий. С одной стороны, федеративное устройство и 131-ый Федеральный закон дают определённую свободу административно-территориальным единицам, закрепляя за ними и ответственность в том числе. С другой стороны, пулл федеральных нормативно-правовых актов в сфере финансовых (особенно фискальных), кредитно-денежных и бюджетных взаимоотношений определяет жесткую централизацию, обусловленную зачастую политической необходимостью. Не углубляясь и не детализируя эту тему, замечу важный аспект: фактор централизации нивелируется за счёт воли и управленческих решений руководителей регионов и муниципалитетов. Умение определять взаимовыгодные опорные точки, максимально отстаивая при этом собственные интересы, — важная предпосылка к созданию полюсов роста.</p><p>Сложнее приходится монопрофильным муниципальным образованиям. Моногорода оказываются выброшенными за пределы региональных экономик и зачастую встроенными в экономики корпораций, крупных ГРОПов (градообразующих предприятий). Происходит это в отсутствии муниципальных стратегий развития, основанных на особенностях моногородов, а также в отсутствии стремления выйти за рамки внутриэкономических процессов и нежелании сосредоточиться на интенсивном росте, учитывая возможности регионального, государственного, и глобального уровней, в замен экстенсивному росту, основанному на использовании только внутренних ресурсов муниципалитета и ресурсов ГРОПа.</p><p>Как мантра повторяется тот факт, что в многородах проживает более 15 млн. человек (10% населения России). Обособленность и локализация моногородов в совокупности с рядом внешних и внутренних кризисных факторов могут стать причиной опасных социальных деструкций и иметь дестабилизирующий эффект для всей страны в целом. Однако какие возможности существуют на этих территориях, и почему мы говорим о них в контексте глобальных процессов?</p><p>Особое внимание монопрофильные муниципальные образования получили 13 июля 2016 года — с момента утверждения Президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам перечня основных направлений стратегического развития Российской Федерации (<a href="http://government.ru/department/361/about/">http://government.ru/department/361/about/</a>). По сути, с этого момента началась приоритизация существующих мер поддержки для моногородов. Именно сейчас в условиях ограниченных ресурсов, санкционной политики и смены отечественной экономической парадигмы монопрофильные муниципальные образования выступают теми зонами притяжение, где новые тенденции приобретают не только актуальные смыслы, но и практическую реализацию.</p><p>Главные преимущества этих территорий: высококвалифицированные кадры (пусть и узкоспециализированные), возможности создания условий опережающего развития, высокий уровень ответственности и кооперации местного населения. В общей совокупности данные предпосылки являются тем фундаментом, на базе которого возможно сформировать индивидуальную общественно ориентированную экономику, учитывающую особенности и институциональные принципы моногородов. Специфика этих территорий, их локализация — благоприятная среда для плотного контакта с населением: в настоящее время возникшие условия говорят о необходимости совместного решения существующих задач. У моногородов есть не просто шанс, но жизненно необходимая потребность принятия коллективного выбора. И здесь очень важно запустить катализаторы, обеспечивающие вовлечение всех стейкхолдеров в процесс определения и реализации перспективных траекторий развития. Сделать это возможно только посредством социально-общественных инструментов: создания активных сообществ жителей, развития общественных организаций и общественной деятельности, реализации грамотной молодежной политики, формирования общественных территориальных органов, вовлечение населения в работу по принятию значимых для муниципалитета решений, в том числе решений о создании и утверждении стратегии развития моногорода.</p><p>Стоит отметить, что в данном контексте, проектное управление — мощный организационный инструмент, позволяющий в максимально короткие сроки перейти от экстенсивного роста к росту интенсивному. Принятие и реализация принципов проектного управления позволяют вырваться за рамки вертикали власти и расширить круг возможностей для моногородов, транслируя решения существующих задач в горизонтальную плоскость межведомственного взаимодействия.</p><p>В связи с чем, создание социально-общественных проводников в моногородах, позволяющих включить в процесс выстраивания муниципальной экономики жителей, имеет особый приоритет, поскольку они снижают трансакционные издержки между населением, потребности которого являются приоритетом муниципального управления, и лицами (командами), ответственными за формирование и реализацию экономической политики на территориях.</p><p>Искренне полагаю, что существующий тренд позволит максимально реализовать потенциал монопрофильных муниципальных образований, и уже в ближайшей перспективе мы сможем транслировать их позитивный опыт, как основу нашей национальной экономики.</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=9168885aa675" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
    </channel>
</rss>