<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?><rss xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/" xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/" xmlns:atom="http://www.w3.org/2005/Atom" version="2.0" xmlns:cc="http://cyber.law.harvard.edu/rss/creativeCommonsRssModule.html">
    <channel>
        <title><![CDATA[Stories by Pavel Danilov on Medium]]></title>
        <description><![CDATA[Stories by Pavel Danilov on Medium]]></description>
        <link>https://medium.com/@pvdanilov?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
        <image>
            <url>https://cdn-images-1.medium.com/fit/c/150/150/0*juSU1Op_UPkEeDEj.</url>
            <title>Stories by Pavel Danilov on Medium</title>
            <link>https://medium.com/@pvdanilov?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
        </image>
        <generator>Medium</generator>
        <lastBuildDate>Wed, 18 Nov 2026 11:35:15 GMT</lastBuildDate>
        <atom:link href="https://medium.com/@pvdanilov/feed" rel="self" type="application/rss+xml"/>
        <webMaster><![CDATA[yourfriends@medium.com]]></webMaster>
        <atom:link href="http://medium.superfeedr.com/" rel="hub"/>
        <item>
            <title><![CDATA[Under Pressure: здоровье основателя стартапа и окружение.]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/under-pressure-%D0%B7%D0%B4%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2%D1%8C%D0%B5-%D0%BE%D1%81%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8F-%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0%D0%BF%D0%B0-%D0%B8-%D0%BE%D0%BA%D1%80%D1%83%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-bd741507292a?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/bd741507292a</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Mon, 26 Oct 2020 01:59:32 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2020-10-26T02:00:46.909Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*gfiGzossxSgISkiP0gGxyw.jpeg" /></figure><p>Начинать технологическую компанию с нуля непросто, будь это Россия или США. На основе собственного пятилетнего опыта предпринимательства в обеих странах могу сказать, что у основателя бизнеса должен быть необходимый набор качеств: желание много работать, упорство, умение рассказывать свою историю клиентам и инвесторам, выстраивать отношения с со-основателями и формировать команду, изобретательность и оптимизм.</p><p>Даже когда все необходимые слагаемые присутствуют, стартап остается очень хрупкой конструкцией еще долгое время после старта. Выживание и успех бизнеса во многом зависят от психологического здоровья основателей. Венчурные инвесторы <a href="https://medium.com/@info_60422/we-need-to-take-a-closer-look-at-founder-mental-health-in-the-wake-of-covid-b130b12b10f4">беспокоятся</a>, что коронавирус может негативно повлиять на здоровье. Действительно, согласно <a href="https://michaelafreemanmd.com/Research_files/Are%20Entrepreneurs%20Touched%20with%20Fire%20(pre-pub%20n)%204-17-15.pdf">известному научном исследованию</a> 49% основателей стартапов имели по крайней мере одно психологическое отклонение (“lifetime mental health condition”), чаще всего это депрессия (30%) и синдром дефицита внимания (29%).</p><p>Одно большое отличие российского рынка от американского — это базовое отношение к стартапу со сторону его окружения (клиентов, работников, партнеров, поставщиков, конкурентов / других стартапов медиа и даже инвесторов) к твоему стартапу. Я наблюдал это на личном опыте и нашел подтверждение этому факту среди знакомых предпринимателей.</p><p>В России многие спешат бросить в тебя камень, поднять на смех, заботливо указать на смертельные риски и бессмысленность твоей работы. Даже если ты прошел период до запуска, после сталкиваешься с повсеместным скептицизмом. Наиболее стойкие основатели успешно проходят испытания и находят свой рынок, но атмосфера для большинства основателей мягко говоря не комфортная.</p><p>В Америке всё те же фундаментальные сложности построения бизнеса с нуля, но отношение к стартапу более благосклонное. Клиенты не устают хвалить за новый продукт и прощать мелкие ошибки. Партнеры готовы сотрудничать, а работники в целом мотивированы на создание новой крутой штуки, которая перевернет рынок. Инвесторы такие же придирчивые, но не ставят под сомнение мотивацию основателей и готовы поверить в большую идею.</p><p>В чем же причины такого разного отношения к стартаперу и его стартапу?</p><p>В поисках ответа на этот вопрос мне помогла книга американского психолога <a href="https://www.litres.ru/mark-uolinn/eto-nachalos-ne-s-tebya-kak-my-nasleduem-negativnye-scenarii-n/chitat-onlayn/">Марка Уолинна “Это началось не с тебя”</a>. В ней автор выдвигает теорию наследования семейных травм и исследует влияние травм на характер и поведение следующего поколения. Если суммировать, то люди неосознанно принимают многие решения, руководствуясь не только собственным травмирующим опытом (что 100 лет назад исследовали З. Фрейд и К. Юнг), но и опытом предыдущих по меньшей мере трех поколений. По мнению Уолинна, недавние открытия в молекулярной биологии, эпигенетике и психологии поддерживают данный вывод.</p><p>Получается, что на поведение сегодняшних россиян среднего возраста (скажем от 25–40 лет) влияют их предки, жившие в советский период и в 1990-е. Но подавляющее большинство наших родителей к 1990-х пережили очень жестокий кризис — финансовый, мировоззренческий и бытовой — который был связан с крутыми изменениями в обществе и государстве.</p><p>Очевидно, что это нанесло травму всей стране. У нас много людей не любит перемены, не верит в возможность изменить мир к лучшему, предпочитает деньги сегодня, а не в будущем, в целом цинично смотрит на мир. Что касается отношений к стартапам — это скептицизм по отношению к новым идеям и бизнес-моделями, если старые и так (хоть как-то) работают.</p><p>В США после Великой депрессии начала в 1920–30х масштабных кризисов сравнимых распадом СССР не было, поэтому нынешнее поколения Y (миллениалы) и Z в большинстве своем не унаследовали сильных травм. Даже их инвесторы, которые в среднем принадлежат предыдущему поколению, выросли в период роста. В итоге, в США склонны видеть позитив, верить в большие идеи и доверять людям. Я не хотел бы преувеличивать различия между людьми, но в среднем это похоже на правду.</p><p>Что касается наших предпринимателей, то, следуя логике Уолинна, большинству из них приходится тяжело работать над преодолением наследственных травм, учиться заново оптимизму и уверенности в себе в неопределенной ситуации. Я не утверждаю, что это верно для всех, но это должно быть верно для большого процента предпринимателей, которые выросли в России 1980–90х. Кроме того, предпринимателям также приходится бороться с негативом, исходящим от окружения.</p><p>Возможно, это одна из причин, почему российские предприниматели хотят и пытаются запускать бизнесы на международном рынке. Помимо размера рынка и количества адекватных инвесторов, важным мотивом может быть поиск более позитивной атмосферы, в которой можно быстрее расстаться с травмами прошлого.</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=bd741507292a" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Agri&Food tech — итоги 2019 года]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/agri-food-tech-%D0%B8%D1%82%D0%BE%D0%B3%D0%B8-2019-%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0-e79a7c14a56c?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/e79a7c14a56c</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Wed, 26 Feb 2020 14:29:52 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2020-02-26T14:29:52.893Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<h3>Agri&amp;Food tech — итоги 2019 года</h3><p>25 февраля отраслевой ресурс Agfunder <a href="https://agfundernews.com/from-agfunder-with-love-global-agri-foodtech-funding-reaches-19-8bn-in-2019.html">опубликовал</a> итоговый отчет по глобальному венчурному рынку в Agri&amp;Food за 2019 год. Самое время подвести итоги прошлого года и напомнить об основных событиях.</p><h4><strong>Основные события</strong></h4><ul><li>Инвесторы и стартапы заключили 1858 сделок на сумму $19.8 млрд (-5% к 2018 году), в том числе $12 млрд в категории Food и $7.6 млрд в категории Agri. Несмотря на небольшое снижение, следует сказать, что этот рынок вырос с 2016 года в 2,3 раза и является одним из самых динамичных составляющих глобального венчурного рынка.</li><li>В 2019 году было 3 мега-сделки ($500млн+): <br>- $1 млрд Rappi (платформа по доставке еды, продуктов питания и других товаров в Латинской Америке, инвестор Softbank), <br>- $940 млн Nuro (роботизация доставки США, инвестор Softbank),<br>- $700 млн MissFresh (китайская сеть продуктовых супермаркетов с гибридной моделью онлайн+оффлайн, инвестор Tencent)</li><li>В прошлом году на 56% сократились инвестиции в сегмент ресторанных маркетплейсов, в том числе за счет охлаждения азиатских рынков и крупных раундов в 2018 году, которые не повторились в 2019. Но сумма инвестиций $2.3 млрд все еще очень большая</li><li>В сегмент eGrocer ($3.9 млрд), онлайн доставка продуктов, доминируют стартапы из Китая и Индии. Alibaba инвестировал в раунд F индийской BigBasket на $150 млн, конкурент Grofers привлек суммрно $290 млн от инвесторов по главе с Softbank. Европейский Picnic, доставляющий продукты из супермаркетов по модели Instacart, привлек $275 млн. Американский Brandless недавно объявил о закрытии, хотя в 2018 году поднял раунд в $240 млн от Softbank на построение альтернативы Amazon.</li><li>Активно развивался новый сегмент — инфраструктура темных кухонь и доставки последней мили, показав $3.2 млрд инвестиций. Помимо Rappi и Nuro, лидерами фандрейзинга стали Glovo ($336 млн, испанский аналог Rappi), Cloud kitchens ($400 млн, инфраструктура для темных кухонь основателя Uber Трэвиса Каланика).</li><li>Вторая половина 2019 года оказалась очень активна на рынке Agritech: успешное IPO компании Beyond Meat и очередной раунд Impossible Foods ($300 млн) способствовали росту количества ранних сделок в сегменте Альтернативный протеин и суммарным инвестициям в $1 млрд (+95%) на 158 сделок.</li><li>Успехи французского производителя белка из насекомых Ynsect (раунд $125 млн) и новые раунды вертикальных ферм Aerofarms и Infarm (по $100 млн) также способствовали росту сегмента Инновационных ферм: $745 млн (+25%) и 75 сделок.</li><li>Сегменты программного обеспечения / интернета вещей для ферм и агро маркетплейсов развиваются поступательно, без прорывов. Спутниковая компания Planet Labs подняла раунд D на $168 млн, а несколько дроновых стартапов ушли из агро из-за сложности с построением продукта. Маркетплейс Producer Pay, который финансирует фермеров, привлек долговое финансирование на $205 млн. Ninjacart, помогающий индийским фермерам продать урожай в ритейл, сумел привлечь раунд С на $100 млн.</li><li>Сегмент Agri&amp;Food становится менее экзотичным для более широкого круга инвесторов, в том числе для крупных Softbank и Temasek. Лидером по количеству сделок остаются чикагский фонд S2G Ventures с 22 сделками, а также европейская Anterra Capital и сам Agfunder (с небольшими чеками). На стадии акселератора активны YC, 500startups, а также отраслевой акселератор SOSV (44 стартапа).</li><li>Выходы путем M&amp;A или IPO по-прежнему являются редким явлением, особенно в Agritech. Помимо вышеупомянутого IPO Beyond Meat, биотех компания Biotech Sciences провела IPO, а также закрыто несколько M&amp;A сделок по консолидации рынка доставки ресторанов (DooDash купил Caviar за $410 млн, Waitr купил BiteSquad за $321 млн), кроме того, Сингента приобрела украинский Cropio.</li><li>Калифорния остается ведущим рынков для стартапов в Agri&amp;Food, но в 2019 году Европа показала 2-кратный рост до $3.3 млрд, Латинская Америка также показала опережающий рост.</li></ul><h4><strong>Что в России?</strong></h4><ul><li>Россия традиционно не входит в число рынков, которые активно покрывает Agfunder. По крайней мере, Россия не вошла в топ-20, в которой присутствуют Корея, Аргентина, Австралия и Япония с суммами инвестиций на уровне ~$100 млн за 2019 год</li><li>Из российских венчурных сделок 2019 года можно вспомнить: <br>- раунд на $10 млн в Самокат от ПИК VC <br>- Кухня на районе привлекла $5–10 млн от того же ПИК VC и Сергея Солонина<br>- $1млн Ifarm от Gagarin Capital и других инвесторов<br>- корпоративные инвестиции Яндекса в Яндекс.Лавку, по оценкам более $20 млн<br>- $3–5 млн сделка по покупке 25% Агросигнал производителем удобрений Уралхим (частичный exit для ФРИИ)<br>- $8 млн (500 млн рублей) в Instamart от MRG, стратегическая инвестиция для СП MRG и Сбербанка<br>- $2 млн вложил агротех фонд Fuel for Growth компании ЭФКО в израильский фонд Newtrition<br>- Несколько небольших ангельских раундов, например, Food Hide привлек инвестиции на площадке United Investors</li><li>Даже с учетом корпоративных инвестиций общая сумма не превышает $100 млн, в основном в Foodtech, а России по праву занимает место за пределами первой двадцатки рынков.</li></ul><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=e79a7c14a56c" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Троянский конь в ресторане]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D1%82%D1%80%D0%BE%D1%8F%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9-%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D1%8C-%D0%B2-%D1%80%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B5-8600a8bd8b2d?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/8600a8bd8b2d</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Wed, 18 Dec 2019 13:06:10 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-12-18T13:06:10.124Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/0*bJ8cnRUazppIx8vn" /><figcaption>Photo by <a href="https://unsplash.com/@claybanks?utm_source=medium&amp;utm_medium=referral">Clay Banks</a> on <a href="https://unsplash.com/?utm_source=medium&amp;utm_medium=referral">Unsplash</a></figcaption></figure><p>Электронная коммерция, купля/продажа товаров онлайн с доставкой стала самым большим интернет-бизнесом по оборотам и одним из самых крупных по стоимости. Американская Amazon и китайская Alibaba входят в топ-10 крупнейших технологических компаний в мире, $900 млрд. и $560 млрд., соответственно. Помимо универсальных интернет-магазинов, на огромном рынке , безусловно, есть место для нишевых площадок (обувь, книги, одежда, билеты)и альтернативных бизнес-моделей (B2B, B2C, C2C маркетплейс, социальные покупки)</p><p>Ресторанная еда и продукты питания стали объектом e-commerce сравнительно недавно. Хотя доставка пиццы появилась еще в конце XIX века в Италии, но первый крупный и успешный игрок в сфере онлайн-доставки еды Grubhub появился только в 2004 году, через 10 лет после основания Amazon (1994). Аналогичная ситуация сложилась и в России: универсальный OZON старше Delivery club на те же десять лет. Это неудивительно, ведь при покупке еды клиенты предъявляют более строгие требования к скорости доставки (часы, а не дни), а также к свежести и безопасности.</p><p>Тем не менее, к 2019 году платформы по доставке еды создали огромный рынок по всему миру и стали несомненным успехом для целого ряда основателей и венчурных инвесторов. Согласно отчету FiveSeasons VC, в Фудтехе насчитывается 45 стартапов единорогов (&gt;$1 млрд. каждый)общей стоимостью $235 млрд, из них более половины связаны именно с доставкой еды. Причем успешные компании находятся не только в США или Китае. Так, инвесторы, вложившие всего $3.7 млрд в 5 платформ по доставке еды в Европе (Deliveroo, Delivery Hero, Takeaway.com, Just Eat и HelloFresh) уже заработали в среднем 600%. А крупнейшим инвестиционным раундом 2019 года стало привлечение рекордного $1 млрд индийской платформой Swiggy (аналог Delivery club).</p><p><a href="https://foodtech.vc/">https://foodtech.vc/</a></p><p>На российском рынке правят бал компании Delivery Club (принадлежит Mail.RU, недавно вошел в JV со Сбербанком вместе с рядом активов) и Яндекс.Еда, который входит в Яндекс.Такси, правят бал на российском рынке. Россияне тратят существенную часть дохода на еду, поэтому рынок доставки еды является одним из немногих российских рынков, на которых можно построить бизнес по венчурной модели: сначала убыточная бизнес-модель, быстрый рост и захват рынка, а затем оценка на уровне единорога. Обе компании не исключают проведения IPO в ближайшей перспективе.</p><p><a href="https://www.forbes.ru/tekhnologii/333001-dostavka-na-100-millionov-skolko-stoit-delivery-club">https://www.forbes.ru/tekhnologii/333001-dostavka-na-100-millionov-skolko-stoit-delivery-club</a></p><p><strong>Ресторанные платформы: белый рыцарь или троянский конь</strong></p><p>Изначально ценностным предложением платформ для потребителя было удобство, экономия времени и большой выбор. Ресторанам платформы “продают” возможность увеличить продажи без инвестиций в новые посадочные места и без дополнительных затрат на рекламу. Звучит как win-win. Платформа также позволяет собирать клиентские данные и получать обратную связь, которой не хватает в оффлайновом бизнесе. Это существенно лучше традиционной Книги жалоб и предложений.<br>Взамен платформа требует от ресторана комиссию 20–30% от цены блюда, а потребитель в большинстве случаев платит за доставку. Если крупные сети ресторанов могут выстроить собственную доставку (пример, Додо-пицца) или договориться с платформой об особых условиях за счет объема (Burger King, McDonalds), то отдельным ресторанам деваться практически некуда. Можно сказать, что отдельный ресторан на платформе — это почти как водитель Яндекс.Такси. Водитель (ресторан), конечно, может возить (кормить) людей без посредника, но поток заказов с платформы всё время растет, позволяя увеличить загрузку и забирая комиссию. Не все рестораны довольны таким сотрудничеством.</p><p><a href="https://incrussia.ru/understand/obyasnyaem-na-paltsakh-dodo-pitstsa-otkazalas-sotrudnichat-s-delivery-club-agregatory-dostavki-ne-vy/">https://incrussia.ru/understand/obyasnyaem-na-paltsakh-dodo-pitstsa-otkazalas-sotrudnichat-s-delivery-club-agregatory-dostavki-ne-vy/</a></p><p>Более того, спрос потребителей на разнообразную ресторанную еду растет неравномерно по районам города, по видам кухни и даже колеблется в течение дня. Предложение от существующих ресторанов не всегда успевает за спросом. Как следствие, недавно стали появляться новые бизнес-модели, призванные удовлетворить этот растущий спрос, которые приходит через платформы или напрямую от потребителей.</p><p>К примеру, тёмные кухни (dark kitchen, cloud kitchen, ghost restaurant) — это рестораны без зала для гостей, работающие только на доставку через платформу или, в некоторых случаях, напрямую или на вынос.</p><p>Традиционные рестораны теперь вынуждены конкурировать с тёмными кухнями, которые также платят платформам, но экономят на площади ресторана (нет зала) и на цене аренды (место не важно), а также на зарплатах официантов.</p><p>Так платформы подрывают рынок, ставя традиционным ресторанам мат в два хода и создают миллиардные доходы для основателей и инвесторов.</p><p>Более подробно о новых бизнес-моделях в доставке и производстве еды я напишу в следующих постах.</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=8600a8bd8b2d" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Альтернативное мясо и молоко будущего]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B0%D1%82%D0%B8%D0%B2%D0%BD%D0%BE%D0%B5-%D0%BC%D1%8F%D1%81%D0%BE-%D0%B8-%D0%BC%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%BA%D0%BE-%D0%B1%D1%83%D0%B4%D1%83%D1%89%D0%B5%D0%B3%D0%BE-19c6f92d20bc?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/19c6f92d20bc</guid>
            <category><![CDATA[альтернативное-молоко]]></category>
            <category><![CDATA[foodtech]]></category>
            <category><![CDATA[растительное-мясо]]></category>
            <category><![CDATA[фудтех]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Wed, 18 Dec 2019 09:34:18 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-12-18T13:10:19.691Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<p><em>За прошедший год потребитель узнал о том, что растительное мясо может быть вкусным и доступным по цене. Следующим массовым продуктом из лаборатории может стать молоко от Perfect Day.</em></p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*W8ULOGTjIJiP-puXN_MeDw.png" /></figure><p><strong>Сначала появилось “мясо без коровы”</strong></p><p>В 2019 году одним из главных хитов венчурного рынка стала компания Beyond Meat, которая поставляет бургеры из растительного мяса в Макдональдс и рестораны по всему миру, включая Россию. Beyond Meat провела IPO в мае 2019 года, и сейчас капитализация составляет $4.5 млрд, примерно 3x к цене размещения. Второй нашумевший стартап Impossible Foods стал поставщиком Burger King и привлек гигантский раунд на $300 млн на масштабирование бизнеса, а публичное размещение пока отложено. <br>Impossible Foods открыто рассказывает о своем ключевом преимуществе — это технология синтеза белка легоглобина (близкий аналог гемоглобина крови) путем ферментации генетически модифицированных дрожжей в биореакторе: в ДНК дрожжей добавлены гены сои, отвечающие за синтез белка. Именно гемоглобин дает мясу характерный вкус и запах, от которого так сложно оказаться мясоедам, а все остальные белки, жиры и углеводы можно заменить растительными аналогами, такими как соя, кокос и подсолнечник, без потерь вкуса.</p><p>Стартапы заявляют, что животное в пищевой цепочке является по сути посредником: натуральным биореактором, который “превращает” растения в животный белок и другие питательные вещества мяса. Но этот “биореактор” очень неэффективен: для производства килограмма говядины в среднем требуется порядка 25 килограммов корма, а значит много земли и воды. Современный биореактор из металла и пластика намного более эффективен.</p><p>С появлением альтернативного бургера на полках магазинов и в ресторанах продукт становится мейнстримом. По прогнозам Agfunder, к 2025 году доля альтернативных мясопродуктов на триллионном рынке мяса может достичь 10%.</p><p>Даже Netflix уже снял серию “The Future of Meat” для научно-популярного сериала Explained. И хотя в альтернативном мясе остается множество интересных задач, таких как создание лабораторного стейка из говядины (пока удалось сделать только “фарш”), технологии для других видов мяса, предприниматели и венчурные инвесторы смотрят на другие популярные продукты животного происхождения.</p><p><strong>“Молоко без коровы” — the next big thing?</strong></p><p>Если мясо будут делать без коровы, то как получить молоко? Этим логичным вопросом задались несколько стартапов, большинство которых находятся в Калифорнии. Растительные заменители молока присутствуют на рынке не первый год — соевое, миндальное, кокосовое и овсяное молоко можно без труда найти на полках многих магазинов. Но по вкусу это совсем не коровье молоко, по крайней мере, сегодня.</p><p>Несмотря на то, что стартапы уже несколько лет создают альтернативные молочные продукты в лаборатории при помощи биотехнологий, до недавнего времени их успехи не освещались прессой. Но в августе 2019 года калифорнийская компания <a href="https://www.perfectdayfoods.com/">Perfect Day</a> выпустила партию мороженого на основе лабораторного молока, которая была распродана через сайт за считанные дни. На событие обратили внимание New York Times, CNBC, Forbes и ряд других крупных изданий. Компания использовала мороженое как маркетинговый ход для привлечения партнеров и инвесторов. На самом деле компания изначально строилась по модели B2B с целью поставлять ингредиенты для пищевых брендов и в текущем году начала сотрудничество с ADM, крупнейшим американским агротрейдером и агропроизводителем.</p><p>На прошлой неделе, 11 декабря стартап объявил о рекордной инвестиционной сделке: в рамках очередного раунда сингапурский Temasek и гонконгский Horizons Ventures инвестируют рекордные $130 млн для масштабирования производства, развития партнерств с крупными компаниями и роста команды в Калифорнии с 75 до 150 человек . Perfect Day в 2014 году основали два молодых биотехнолога: американец индийского происхождения Райан Пандия, CEO и индийский эмигрант Перумал Ганди, CTO.</p><p>В чем же секрет их биотехнологии?</p><p>Основатели объясняют, что по сути они применили базовую технологическую идею Impossible Foods для молока. Они также используют ГМО-дрожжи и ферментацию для синтеза белков — только не крови, а молока (казеин и сывороточный белок). Скопировать идею оказалось не так то просто — с момента основания Perfect в 2014 году до создания масштабируемой технологии и коммерческого продукта прошло почти 5 лет. Для сравнения — Impossible Foods потратили на разработку около 8 лет.</p><p>Имея лишь работающую технологию, один крупный контракт и почти нулевую выручку, компания тем не менее смогла привлечь огромные $130 млн, что может означать примерную оценку от $400 до 650 млн (pre-money). Инвесторы объясняют такую высокую оценку огромным размером целевого рынка — глобальный рынок молочных продуктов оценивается в $600 миллиардов долларов. Следующими продуктами Perfect Day скорее всего будут сыры, йогурты, творог, а молоком компания заниматься на будет (из-за его низкой маржинальности).</p><p>Отдельного внимания заслуживает тот факт, что инвесторами Perfect Day стали фонды из Азии. Основатели подтверждают, что азиатские рынки будут важными для стартапа. В Азии традиционно потребление молочных продуктов находится на низком уровне, но быстро растет: так на крупнейшем китайском рынке потребление на душу населения выросло в 6 до 36 кг на человека в год за последние 20 лет. Рост рынка традиционно сдерживает проблема непереносимости лактозы и бета-казеина А1, которая является наиболее острой среди азиатского населения. Полагаю, что технология Perfect Day может быть более эффективной в решении этих проблем, в сравнении традиционными способами (безлактозное молоко и молока А2). Следовательно, предложив продукт для растущего азиатского рынка и при поддержке крупнейших фондов, компания может создать миллиардную стоимость для инвесторов и основателей.</p><p><em>А1 и А2 являются генетическими вариантами белка бета-казеина. При это А1 является причиной непереносимости молока, а А2 не вызывает проблем. Для производства молока А2 нужны коровы с генетикой типа А2, который можно выявить с помощью генетических тестов и создать стадо необходимого размера. Новозеландская компания “The а2 Milk” первая вывела на рынок молочные продукты А2 на мировой и китайский рынок, а в 2019 году ее продажи в Китае и других странах Азии составили $270 млн.</em></p><p>Цель Perfect Day и похожих стартапов— подорвать традиционную отрасли и исключить корову из производства молока, полностью изменив расстановку сил.</p><p>Но это произойдет не скоро. Даже по оптимистичным прогнозам к 2025 году проникновение альтернативных молочных продуктов может вырасти только до 6%, хотя в перспективе 15–20 лет традиционная молочная отрасль может испытать серьезное давление со стороны молодых стартапов.</p><p>Список альтернативных продуктов не исчерпывается мясом и молоком. Следующими “жертвами” технологий будут рыба и морепродукты, яйцо, а также еще один продукт животноводства — кожа животных.</p><p><em>Избранные стартапы в сегменте альтернативного молока</em></p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=19c6f92d20bc" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Про восемь неудач с бюджетными деньгами]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D0%BF%D1%80%D0%BE-%D0%B2%D0%BE%D1%81%D0%B5%D0%BC%D1%8C-%D0%BD%D0%B5%D1%83%D0%B4%D0%B0%D1%87-%D1%81-%D0%B1%D1%8E%D0%B4%D0%B6%D0%B5%D1%82%D0%BD%D1%8B%D0%BC%D0%B8-%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%8C%D0%B3%D0%B0%D0%BC%D0%B8-1e0bfc8b343d?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/1e0bfc8b343d</guid>
            <category><![CDATA[венчурные-инвестиции]]></category>
            <category><![CDATA[бюджет]]></category>
            <category><![CDATA[стартап]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Sun, 22 Sep 2019 08:29:47 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-09-22T08:34:05.139Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<p>Статья опубликована на сайте Forbes (под другим заголовком): <a href="https://www.forbes.ru/finansy-i-investicii/383941-v-tyurmu-za-investicii-kak-vzyat-byudzhetnye-dengi-i-ne-obzhechsya">https://www.forbes.ru/finansy-i-investicii/383941-v-tyurmu-za-investicii-kak-vzyat-byudzhetnye-dengi-i-ne-obzhechsya</a></p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1013/1*WMmBM4-0abfI8HMnKr82Ag.jpeg" /></figure><p><em>Диалог Путина и Белоусова о государственных венчурных инвестициях ставит интересный вопрос: можно ли вообще разрешить коллизию между бюджетной логикой и принципами венчурного рынка</em></p><p>На недавнем заседании наблюдательного совета Агентства стратегических инициатив помощник президента Андрей Белоусов пожаловался в присутствии Путина на то, что венчурный инвестор, распоряжающийся бюджетными деньгами, сегодня рискует стать жертвой уголовного преследования. «К сожалению, так устроено законодательство, что за восемь неудач с бюджетными деньгами можно получить 20 лет, суммарно», — сказал Белоусов. Высокопоставленный чиновник указал на реальную проблему: в среднем восемь из десяти венчурных инвестиций не приносят ожидаемого дохода, и прямое использование бюджетных средств при таком уровне риска проблематично.</p><p>Дело в том, что логика государственного бюджета и логика венчурного рынка несовместимы.</p><p>Цель бюджета — профинансировать создание общественных благ, при этом каждая копейка расписана по статьям, а факт целевого расходования средств может и должен быть проверен контролирующими органами, такими как Счетная палата РФ.</p><p>Цель венчурного инвестора — максимизировать доход фонда от инвестиций в стартапы. Стратегия описывается американским бейсбольным термином “swing for the fences” (дословно “ударить по мячу, чтобы он улетел за забор”), то есть делать рискованные инвестиции, которые в случае успеха принесут гигантские доходы.</p><p>Венчурному инвестору важно, чтобы в портфеле из десяти проектов было один-два мегауспешных стартапа, которые умножат инвестицию в десятки, сотни раз и окупят весь фонд. Примером такой инвестиции был Яндекс для Baring Vostok или, более свежий пример, американский Datadog для RTP Ventures.</p><p>Остальные восемь “неудачных” инвестиций становятся обузой для инвестора. Неудача в данном случае — это широкий спектр вариантов от полного списание до компаний “зомби”, которые продолжают существовать без кратного роста и в итоге даже могут принести положительную, но низкую для венчура доходность. При этом “зомби” пожирают время и силы венчурного инвестора. Поэтому инвестор старается уделять этим восьми компаниям минимум внимания, так как основной доход инвесторов фонда и самого управляющего кроется в двух успехах. Идеальный сценарий для инвестора: списать и забыть.</p><p>Но если в фонде есть бюджетные деньги, то списание становится проблематичным. По бюджетной логике, деньги были выделены, а результат не достигнут — нужно проверять. Факт целевого расходования средств оказывается под вопросом. А вероятностная природа венчурных инвестиций — камнем преткновения.</p><p>А если проверяющие могут копнуть глубже, на уровне стартапа, то с бюджетной логикой может возникнуть множество вопросов к расходам стартапа, которые плохо документированы и обоснованность которых может быть подвергнута сомнению. А также к управляющему, которые не смог проконтролировать эти расходы. Если идти по этому пути, то бюджетные деньги в любом виде становятся токсичными для стартапов и венчурных инвесторов.</p><p>Как же разрешить эту коллизию?</p><p>Есть мнение, что бюджетные деньги вообще не должны участвовать в венчурной отрасли. Логика состоит в том, что деньги общественные деньги не стоит тратить, чтобы финансировать частные венчуры, которые в случае маловероятного успеха принесут сверхдоходы основателям, а также венчурным капиталистам.</p><p>Но успешные примеры многих стран показывают, что это мнение неверно. Даже легендарный Тим Дрейпер, инвестор в Skype, Baidu, Hotmail, Cruise, Robinhood, начинал карьеру с инвестиций через SBIC, американскую госпрограмму поддержки малого бизнеса, существующая в 1950-х годов. Сегодня на американском венчурном рынке роль государственных инвестиций минимальна, однако сам рынок настолько огромный и зрелый в сравнении с российским, что любое сравнение хромает.</p><p>Лучше взглянуть на Европу. Европейский инвестиционный фонд (ЕИФ), созданный государствами ЕС, является крупнейшим инвестором (LP) в Европе и за свою историю предоставил инвестиции более 350 венчурным фондам. Аналогом ЕИФ в России является Российская венчурная компания (РВК), которая участвует в 27 фондах. Сама РВК подробно изучала опыт Израиля, где государство играло и играет важную роль.</p><p>Возможно, решение кроется не в уходе государства из сферы венчурных инвестиций, а в четком разграничении бюджетной и венчурной логики. Стоит сильно ограничить или запретить прямые вложения государственных компаний и госкорпораций в стартапы, а вместо этого развивать и отлаживать финансовые механизмы и процедуры государственного фонда, который инвестирует в другие фонды, на базе РВК. Другими словами, венчурные деньги, имеющие государственное происхождение, не должны подчиняться логике и процедурам государственного бюджета.</p><p>Тогда государству, возможно, удастся убедить частных инвесторов и стартапы, что такие деньги стоит привлекать.</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=1e0bfc8b343d" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Сингента купила софт для фермеров Cropio: что это значит?]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D1%81%D0%B8%D0%BD%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0-%D0%BA%D1%83%D0%BF%D0%B8%D0%BB%D0%B0-%D1%81%D0%BE%D1%84%D1%82-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-%D1%84%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B5%D1%80%D0%BE%D0%B2-cropio-%D1%87%D1%82%D0%BE-%D1%8D%D1%82%D0%BE-%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B8%D1%82-943c0a2dd921?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/943c0a2dd921</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Fri, 20 Sep 2019 07:16:28 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-09-20T07:32:49.954Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<p>Большая новость в восточноевропейском Агротехе — глобальная Сингента покупает украинскую по происхождению Cropio, мини-ERP для фермера c клиентской базой в Восточной европе и средней ценой $1–1.5 за га в год. Наверное, это один из неплохих сценариев для инвесторов и основателей Cropio. <br>Сингента известна приверженностью к покупке региональных FMS (названия бразильской, китайской и аргентинской компаний, в которые инвестировал химический гигант упомянуты в пресс-релизе). Этим Сингента разительно отличается от Монсанто, которая купила одну, но большую ClimateCorp или DuPont — купила стартап Granular. Или, к примеру, Bayer — купил белорусский Zoner.Ag и нанял команду, но в основном строивший свой софт внутри компании как это принято в континентальной Европе и России. <br>Другим региональным компаниям, делающим ставку на заработок с фермера (B2B SAAS), будет по-прежнему непросто. Фермер в любой стране не любит платить на софт / онлайн сервис. Так, выпускник YC Farmlogs фактически объявил о пивоте (смене бизнес-модели) в 2019 году, когда запустил маркетплейс по продаже агропродукции своих клиентов, а также семян и пестицидов клиентам. Другой игрок решил фокусироваться на сервисе для компаний-переработчиков с/х сырье и предлагать софт для контроля за из поставщиками-фермерами.</p><p>Новые агротех сервисы используют опыт B2C и фокусируются на бесплатном продукте, удобном интерфейсе (в отличие от кондовых приложений для бизнеса), онлайн маркетинге и заработке на рекламе или поставщиках. Хороший пример — это белорусская компания Onesoil, профинансированная фондами Bulba и Haxus</p><p>[Продолжение следует]</p><p><a href="https://l.facebook.com/l.php?u=https%3A%2F%2Fwww.syngenta.com%2Fmedia%2Fmedia-releases%2Fyr-2019%2F02-09-2019%3Ffbclid%3DIwAR0WvIHRigHt_51HUrVJ9pgbUnQpJtmD2CVn1qnGJc3692QiUPgihyanOx8&amp;h=AT3Dz1WsD715Wv82TihMthq7dqWMulhwhRKJJeybN1FKPdvdI-bOpxM-sfYFQNw0hDNpTSLuPiBrU9w3C1afyCx4iF9plK1G4EAb_LN7K64xWA9cIRMMFcvO0IaaAE85Tnczl_Ypfa3mfeRFi4y6Br8WiejuWG66ng">https://www.syngenta.com/…/media-releases/yr-2019/02-09-2019</a></p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=943c0a2dd921" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Везение или расчет? Как Михаил Прохоров заработал $2 млрд на «Бруклин Нетс»]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D0%B2%D0%B5%D0%B7%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D0%B8%D0%BB%D0%B8-%D1%80%D0%B0%D1%81%D1%87%D0%B5%D1%82-%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D0%BC%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B8%D0%BB-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%85%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2-%D0%B7%D0%B0%D1%80%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%82%D0%B0%D0%BB-2-%D0%BC%D0%BB%D1%80%D0%B4-%D0%BD%D0%B0-%D0%B1%D1%80%D1%83%D0%BA%D0%BB%D0%B8%D0%BD-%D0%BD%D0%B5%D1%82%D1%81-f64395d878c2?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/f64395d878c2</guid>
            <category><![CDATA[mikhail-prokhorov]]></category>
            <category><![CDATA[brooklyn]]></category>
            <category><![CDATA[basketball]]></category>
            <category><![CDATA[investment]]></category>
            <category><![CDATA[nba]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Fri, 20 Sep 2019 07:15:30 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-09-22T08:49:24.612Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/900/1*UIWvHO1Ow8HTAGCSIXCUDA.jpeg" /></figure><p>Текст статьи на сайте Форбс: <a href="https://www.forbes.ru/milliardery/382659-vezenie-ili-raschet-kak-mihail-porohorov-zarabotal-2-mlrd-na-bruklin-nets">https://www.forbes.ru/milliardery/382659-vezenie-ili-raschet-kak-mihail-porohorov-zarabotal-2-mlrd-na-bruklin-nets</a></p><p><em>Disclaimer: в 2011–2015 годах я работал в Группе Онэксим, но не имел отношения к сделке и управлению баскетбольными активами.</em></p><p><strong>После десяти лет владения командой NBA «Бруклин Нетс» и ареной Barclays Center Прохоров договорился о продаже активов в 2019 году. Для российского инвестора баскетбольная сделка стала беспрецедентным финансовым успехом</strong></p><p>Михаил Прохоров <strong>F</strong> 12 объявил о выходе из активов, которыми владел на протяжении последнего десятилетия: речь идет о команде NBA «Бруклин Нетс» и арене Barclays Center. Российские и американские медиа <a href="http://www.theringer.com/nba/2019/8/19/20812507/mikhail-prokhorov-brooklyn-new">опубликовали статьи</a>, которые рассказывают о баскетбольной стороне сделки, личности Михаила Прохорова и его партнерах. Финансовый аспект сделки незаслуженно остался в стороне. Хотя сделка не была полностью публичной, найти и оценить ее финансовые параметры оказалось не очень сложно. Ниже я попытался ответить на три интересующих меня вопроса:</p><ol><li>Была ли инвестиция в проект финансово успешной?</li><li>Какие факторы повлияли на доходность?</li><li>Это просто везение или холодный расчет?</li></ol><h3>Была ли инвестиция в проект финансово успешной?</h3><p>Полностью восстановить денежные потоки невозможно, но, как оказалось, неизвестные не влияют на основной вывод. Краткая хронология сделки такова:</p><ul><li>В 2010 году <a href="https://www.nj.com/nets/2010/05/nba_board_of_governors_approve.html">Прохоров купил</a> 80% в клубе плюс 45% в арене за $223 млн equity и взял на себя долг клуба на $180 млн. Кроме того, «Онэксим» обязался дать $100 млн в долг на строительство арены.</li><li>В 2015 году <a href="https://www.prnewswire.com/news-releases/forest-city-reaches-agreement-with-onexim-for-sale-of-barclays-center-brooklyn-nets-300196626.html">инвестор выкупил</a> 20% команды и 55% за $630 млн ($175 млн и $455 млн, соответственно).</li><li>С 2010 по 2016 год Прохоров был вынужден покрывать убытки клуба пропорционально своей доле, а к 2017 году клуб вышел в операционную прибыль. Оценка расходов — $250–275 млн (на основе <a href="https://www.forbes.com/teams/brooklyn-nets/#7803d791f57e">данных американского Forbes</a> и оценок автора).</li><li>Выход из актива происходил в два этапа: 49% клуба проданы Джо Цаю (Joseph Tsai)за $1,0 млрд в 2018 году и 51% — за 1,35 млрд вместе с 100% арены за $1,15 млрд в августе 2019 года.</li><li>Итого: сумма инвестиций за период 2010–2019 годы — $1,5 млрд, сумма доходов — примерно $3,7 млрд с учетом стоимости оставшихся у Прохорова активов.</li></ul><p>Возможные неточности в данных — это фактические расходы на строительство арены, чистые убытки клуба (открыты данные только об операционной прибыли). Но даже с учетом неточностей можно ответственно заявить, что сделка оказалась успешной.</p><ul><li>Мультипликатор cash-on cash составил примерно 2.5x (3.7/1.5), что для сделки такого огромного масштаба является великолепной доходностью.</li><li>Капитал инвестора вырос более чем на $2 млрд.</li><li>Ежегодная доходность вложений (IRR) составила около 20%.</li></ul><p>Необходимо отметить, что сделка с «Бруклин Нетс» была нетипичной для глобальной отрасли private equity или venture capital по следующим причинам:</p><p>По уровню доходности сделка оправдала ожидания. Типичный венчурный фонд, скажем, на $150 млн, ставит целью доходность для сделок IRR 25–30% и возврат на вложения всего портфеля 3x на протяжении 10 лет. Таким образом, одна сделка с «Бруклин Нетс» позволила получить целевую доходность сразу для десяти венчурных фондов.</p><ul><li>Слишком большая сумма — среди финансовых инвесторов только KKR/Blackstone/TPG, а также избранные Family offices делают сделки такого масштаба.</li><li>Специфический рынок: необходим отраслевой опыт в NBA / международном баскетболе.</li><li>Сложность выхода: рынок спортивных клубов (в частности, NBA) является неликвидным, особенно для иностранных инвесторов.</li><li>Управленческие риски: проект предусматривал масштабное строительство и переезд команды в соседний штат, создание бренда и реализацию маркетинговой стратегии.</li></ul><h3>Какие факторы повлияли на рост стоимости актива?</h3><p>На рост стоимости актива в общем случае влияет а) роста целевого рынка, б) решения менеджмента (отражается на росте выше или ниже среднего, на прибыльности) и в) инвестиционный цикл (изменение мультипликатора оценки). При анализе я использую данные проекта американского Forbes, <a href="https://www.forbes.com/nba-valuations/list/">The Business of Basketball</a>.</p><p>1. Рынок NBA. Рост популярности баскетбола в США и мире задал позитивный тренд для большинства команд в 2010-е. Выручка с 2010 до 2018 года в среднем выросла в 2,2 раза, операционная прибыльность с символических 2% до 22%. Наибольший рост доходов <a href="https://www.ibtimes.com/nba-tv-deal-2014-what-24-billion-new-agreement-means-league-1699971">пришелся на 2014–2015 годы</a>, когда лига обновила соглашение на телетрансляции с TNT, ESPN и ABC. На фоне стремительного роста популярности видеостриминговых сервисов (Youtube, Netflix, HBO) спортивные трансляции стали еще более важным видом контента для ТВ из-за прямого эфира, который удерживает зрителя у экрана и позволяет получать рекламные доходы. Также быстрыми темпами растут доходы от продажи билетов и баскетбольной атрибутики.</p><p>2. Решения руководства. В результате стратегических решений о переезде команды из Нью-Джерси в Бруклин и строительстве новой арены выручка команды росла в 1,5 раза быстрее, чем в среднем по лиге. По темпам роста выручки «Бруклин Нетс» стала второй в лиге после «Голден Стейт Уориорз», выстреливших за счет уникальных спортивных показателей (5 участий в финале подряд и 3 чемпионства NBA) и богатства Кремниевой долины. На фоне умеренных успехов «Бруклин Нетс» в баскетболе основными драйверами доходов клуба стало расширение целевого рынка и успешная работа с целевой аудиторией. В частности, переезд в богатый Бруклин позволил значительно увеличить цены на годовые абонементы и разовые билеты, подписать более выгодные контракты со спонсорами (например, с британским банком Barclays, имя которого получила новая арена) и нарастить выручку от контрактов с местными телекомпаниями. Арена Barclays Center также стала получать существенные доходы от проведения концертов и других небаскетбольных мероприятий в центре Бруклина.</p><p>3. Инвестиционный цикл. Как <a href="https://www.kp.ru/daily/25673/834347/">отмечал сам Прохоров</a>, момент входа в сделку был выбран удачно — помог международный финансовый кризис 2008 года и потребность команды в инвестициях, что позволило удачно структурировать первую сделку. А затем стоимость активов начала расти из-за роста интереса частных инвесторов к командам NBA. Интересно, что Михаил Прохоров стал первым иностранным владельцем клуба NBA, но, очевидно, эта сделка подогрела интерес со стороны других международных инвесторов. Да и внутри США рынок разогрелся: после Прохорова сначала Майкл Джордан приобрел в 2010 году «Шарлот Хорнетс», а затем несколько миллиардеров приобрели себе клубы. В результате еще 10 команд поменяли владельцев. При этом в целом ряде случаев <a href="https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_NBA_team_owners">инвесторами стали</a> технологические предприниматели и финансовые магнаты, миллиардеры новой волны, в том числе:</p><ul><li>В 2011 году Дэвид Блитцер, топ-менеджер из Blackstone, и Джошуа Харрис, сооснователь Apollo Global Managemen,t вместе с партнерами приобрели команду «Филадельфия Сиксерс».</li><li>Роберт Дж. Пера, бывший инженер Apple и основатель телеком-компании Uniquiti Networks, купил в 2012 году «Мемфис Гризлис».</li><li>Вивек Ранадивей, основатель TIBCO Software, вместе с партнерами из Qualcomm купил в 2013 году «Сакраменто Кингс».</li><li>Стив Балмер, легендарный CEO Microsoft, купил «Лос-Анджелес Клипперз» в 2014 году за рекордные $2 млрд.</li><li>В 2015 году другой сооснователь Apollo Энтони Реззлер приобрел «Атланта Хокс».</li></ul><p>Рост стоимости команд обгонял рост их выручки и прибыли во многом благодаря растущему спросу со стороны миллиардеров, заработавших состояния в технологиях и финансах и решивших заполучить трофейный актив. В итоге средний мультипликатор оценки к выручке вырос в 2,4 раза в 2010 году (с 3 до 7 раз).</p><p>В результате сочетания факторов стоимость «Бруклин Нетс» к 2019 году достигла $2,35 млрд, команда поднялась в лиге с 28-го на 6-е место по стоимости.</p><p>Если говорить о вкладе каждого драйвера стоимости, то, по моей отчасти субъективной оценке, из $2 млрд прироста стоимости команды «Бруклин Нетс» $500 млн (25%) принес рост рынка, $600 млн (30%) — верные решения руководства и инвестора, а оставшиеся $900 млн (45%) — это прирост мультипликатора между моментами входа и выхода.</p><h3>Простое везение или холодный расчет?</h3><p>Здесь можно было бы ограничиться личным мнением и спекуляцией на тему, но, к счастью, у меня есть некоторые факты, подтверждающие большую роль стратегического расчета.</p><p>В мае 2013 года Кристоф Шарлье, тогда председатель совета директоров «Бруклин Нетс», в рамках гостевой лекции в Российской экономической школе поделился со студентами некоторыми деталями сделки и ожиданиями инвестора при входе. В тот момент в сделке было множество неизвестных: арена недавно открылась, новый бренд еще не завоевал аудитория, команда находилась в процессе перестройки, а стоимость активов была близка к первоначальной. Но у инвестора уже была четкая стратегия по увеличению стоимости актива.</p><p>Ключевая инвестиционная идея — это возможность создать новый сильный бренд для большого рынка Бруклина (№4 в США) в партнерстве с американским рэпером Jay-Z и завершить строительство удобной современной арены в партнерстве с Брюсом Ратнером из Forest City. Международный баскетбольный рынок был понятен и знаком Михаилу Прохорову, который приводил ЦСКА к победам в Евролиге в 2006 и 2008 годах. Кроме того, момент входа после кризиса был выбран неслучайно — это позволило достичь привлекательной оценки.</p><p>Но все-таки элемент везения присутствовал. В первую очередь это касается резкого роста мультипликаторов стоимости и рекордные сделки с другими командами NBA. В момент входа это было сложно просчитать. В качестве альтернативы в 2013 году теоретически рассматривалось проведение первого IPO клуба NBA.</p><p>В целом инвестиция Михаила Прохорова в «Бруклин Нетс» выглядит как качественная инвестиционная сделка, которая была хорошо проработана в части управляемых рисков и также была основана на интуиции и опыте инвестора, что и сделало инвестицию такой успешной.</p><p>Таким образом, инвестиция в «Бруклин Нетс» — это:</p><ul><li>Отличная международная сделка для российского инвестора — повод для гордости и отличный кейс для изучения в бизнес-школах;</li><li>Масштабная сделка — как вся российская венчурная отрасль за 5 лет. Я бы поставил на то, что доходность сделки выше средней среди VC фондов с российскими корнями;</li><li>Family office как тип инвестора может быть эффективным именно в таких нестандартных сделках благодаря гибкому подходу и длительному инвестиционному горизонту;</li><li>Интересно, что спортивные результаты команды не стали негативным фактором для инвестиционного результата.</li></ul><p>Остается резонный вопрос, стоило ли продавать актив за рекордную сумму в 2019 году, если его стоимость продолжает расти, а в команду только что пришли два звездных игрока (Kyrie + KD). Предположим, что решение о продаже (как и решение о покупке) принималось не спонтанно и учитывало риски финансовых и технологических рынков. Насколько оптимально было это решение , мы узнаем только через несколько лет.</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=f64395d878c2" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Стартап FBN стал прямым конкурентом для Bayer, Du Pont и Syngenta в США]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0%D0%BF-fbn-%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BB-%D0%BF%D1%80%D1%8F%D0%BC%D1%8B%D0%BC-%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BA%D1%83%D1%80%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%BE%D0%BC-%D0%B4%D0%BB%D1%8F-bayer-du-pont-%D0%B8-syngenta-%D0%B2-%D1%81%D1%88%D0%B0-9d814fe52638?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/9d814fe52638</guid>
            <category><![CDATA[семена]]></category>
            <category><![CDATA[disruption]]></category>
            <category><![CDATA[fbn]]></category>
            <category><![CDATA[agtech]]></category>
            <category><![CDATA[маркетплейс]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Wed, 06 Mar 2019 13:34:52 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-03-07T08:17:09.257Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*o_WM3zVJbXqFPYCus7vcxA.png" /></figure><p>В Блумберге опубликована статья про Farmer’s business network — стартап с большим запасом капитала, который строит новую модель input supply chain в агросекторе и создает угрозу для традиционных лидеров этого олигополистичного рынка. Речь идет о семенах</p><p>Резюме:</p><ul><li>FBN вышел на рынок семян в собственным брендом F2F Genetics Network, пока только не-ГМО семена (соя, кукуруза)</li><li>FBN покупает семена напрямую у независимых производителей семян / селекционеров (breeders)</li><li>Цены в среднем на 50–60% ниже, чем у дистрибуторов глобальных компаний</li><li>Ценообразование прозрачно, продажи онлайн, без дистрибутора и соответствующей маржи / ценовой надбавки</li><li>Отсутствие ГМО также позволяет сделать семена дешевле — не требуется платить за лицензию (напр, за устойчивость к определенным болезням)</li><li>Также FBN планирует запустить ГМО семена — благо патенты на определенные генетические результаты истекают в ближайшие годы, и скоро статут бесплатными — появятся дженерики (по аналогии в фармой) — UPD: на сайте FBN нашлись ГМО-семена</li></ul><p>Комментарий</p><ul><li>Предполагаю, что средняя урожайность семян F2F в среднем ниже, чем обычных, но большая разница в цене убедит фермеров попробовать их, к тому же FBN предлагает средства защиты — то есть стремиться к поставкам всей технологии выращивания</li><li>F2F имеет</li><li>Market disruption — FBN демпингует и ломает бизнес лидеров рынка, так как имеет мощную финансовую поддержку своих инвесторов — Temasek, Google Ventures и других</li><li>Фермеры выигрывают от увеличения конкуренции. Стартап действительно создает стоимость для агропроизводителей, и разрушает стоимость поставщиков как производителей семян, так и (в первую очередь) дистрибуторов — суммарно это плюс для экономики</li><li>Напомню, что FBN также ломает бизнес модель на другой части уравнения — на рынке продажи готовой продукции / зерна, также за счет технологий, повышая прозрачность и удаляя посредников</li><li>Пока фермеры действительно зажаты между крупными поставщиками с одной стороны и трейдерами — с другой. FBN увидел большую возможность и смог убедить инвесторов</li><li>FBN — в первую очередь Data play</li><li>На других географических рынках появление аналогов FBN менее вероятно, так как мощные венчурные инвесторы Долины могут противостоять гигантам рынка. Например, российский FBN вряд ли сможет выжить</li></ul><p><a href="https://www.bloomberg.com/news/articles/2019-03-04/the-startup-taking-on-bayer-with-cheaper-non-gmo-seeds">https://www.bloomberg.com/news/articles/2019-03-04/the-startup-taking-on-bayer-with-cheaper-non-gmo-seeds</a></p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=9d814fe52638" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Computer vision in Ag / Bulbacon]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/computer-vision-in-ag-bulbacon-b0b31a70b6f3?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/b0b31a70b6f3</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Sun, 03 Mar 2019 07:29:40 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-04-12T07:45:42.369Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/729/1*rmAflosiomgyObM2vp-rPw.png" /></figure><p>Выступление на Bulbacon в Минске, 2 марта 2019 года</p><p>Основные тезисы</p><p>Добрый день! <br> Меня зовут Павел Данилов. Я управляю венчурным фондом в области Агротехнологий. Андрей Авсиевич из Бульбы как-то сказал, что я «причиняю пользу сельскому хозяйству посредством диджитализации». Можно и так, но это не совсем точно.<br>Итак, я инвестирую в Агротех. Обычно когда я так говорю в России, на меня смотрят странно типа что «это за хрень», разве такие технологии существуют?<br>Если рассказываю в Европе/Америке, то реакция: круто, ты первый русский, который этим занимается, давай дружить. <br>Агротех в мире действительно начал активно расти 5 лет назад. Мы действительно первый фонд в этой области из России, поэтому любое выступление и встречу я начинаю с рассказа про Агротех. Сухие факты — в 2018 году инвестировано 2.6 млрд в 345 стартапов, 625 инвесторов. В России $50 млн в 35 стартапов за 3 года. <br>Что такое Агротех? Если кратко, то это вся производственная цепочка в Агро и любые Технологии. Вот одна из карт отрасли. Слайд №2</p><p>Красным я выделил сегмент Imagery, который по другому можно назвать Computer Vision</p><ul><li>Почему Агротех идеален для применения Computer Vision и одновременно — этот сегмент архисложен для стартапов</li><li>Blue River Tech — первый успех в Агротехе — описание кейса и причины</li><li>Большое разнообразие — Computer vision в полях со спутников, дронов и камер в комбайнах, в теплицах для растений и шмелей, в коровниках и свинарниках, в конце концов — наблюдение за людьми</li><li>Computer vision in Ag — это океан возможностей</li></ul><p>видео выступление (30 минут): <a href="https://youtu.be/EvogjN1zFTs">https://youtu.be/EvogjN1zFTs</a></p><p>ссылка на слайды: <a href="https://drive.google.com/open?id=1NpxFoFpqi-7FPY9oGJufhu386FSkEbYx">https://drive.google.com/open?id=1NpxFoFpqi-7FPY9oGJufhu386FSkEbYx</a></p><p>[to be continued]</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=b0b31a70b6f3" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Карта российского рынка AgTech]]></title>
            <link>https://pvdanilov.medium.com/%D0%BA%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%80%D1%8B%D0%BD%D0%BA%D0%B0-agtech-3f12cce91716?source=rss-1a3611fc7d8d------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/3f12cce91716</guid>
            <dc:creator><![CDATA[Pavel Danilov]]></dc:creator>
            <pubDate>Tue, 29 Jan 2019 13:29:19 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2019-01-29T13:29:19.995Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<p><a href="https://rb.ru/agrotech/">AgroTech - карта российского рынка | Rusbase</a></p><p><strong>Мой комментарий</strong></p><p>Российский рынок агротех-решений переживает период становления. На первой карте рынка мы совместно с Rusbase решили показать только стартапы, которые уже находятся в стадии коммерциализации — то есть продают свои решения. Таким образом, из 250+ российских агротех-стартапов в пайплайне нашего фонда на карту попала только четвертая часть.</p><p><strong>Российский агротех-рынок развивается по аналогии с мировым:</strong></p><p>— Вследствие широты отрасли сельского хозяйства агротех включает множество сегментов. Достаточно условно можно выделить два больших макросегмента: диджитал и биотех, которые, в свою очередь, разбиваются на несколько подсегментов.</p><p>— Из-за отсутствия избытка венчурных инвесторов в агротехе стартапы часто растут за счет собственных ресурсов и вынуждены искать прибыльность в ущерб росту, что сильно сокращает количество возможных бизнес-моделей.</p><p>— Большое количество стартапов — на ранней стадии, с основателями из науки и как правило, без готового продукта и без проработанной стратегии продаж.</p><p>— Агропроизводители являются скорее потребителем инноваций, а основным стратегом остаются поставщики inputs: это семена, корма, средства защиты растений и удобрений, а также производители с/х-оборудования.</p><p><strong>Но при этом российский агротех обладает существенными особенностями:</strong></p><p>— Стартапы фокусируются в основном на внутреннем рынке, иногда на одном или нескольких стратегических клиентах, что ограничивает их рост.</p><p>— Сервисная модель бизнеса позволяет зарабатывать на первых этапах, но многие стартапы испытывают сложности при переходе к продуктовой модели.</p><p>— Благодаря высокой концентрации земельных ресурсов в руках агрохолдингов есть большой спрос на решения по контролю за использованием земли, техники и урожая. В результате активно развивается рынок телематики и интернета вещей в целом для агро.</p><p>— В области агробиотехнологий существует множество разработок ранней стадии, сделанных в институтах Академии наук. Это потенциально интересный сегмент даже для глобального рынка, но специфика технологий и долгий срок монетизации ограничивают интерес инвесторов.</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=3f12cce91716" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
    </channel>
</rss>