<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?><rss xmlns:dc="http://purl.org/dc/elements/1.1/" xmlns:content="http://purl.org/rss/1.0/modules/content/" xmlns:atom="http://www.w3.org/2005/Atom" version="2.0" xmlns:cc="http://cyber.law.harvard.edu/rss/creativeCommonsRssModule.html">
    <channel>
        <title><![CDATA[Stories by Владислав Вдовин on Medium]]></title>
        <description><![CDATA[Stories by Владислав Вдовин on Medium]]></description>
        <link>https://medium.com/@vladislavvdovin?source=rss-f3df03701286------2</link>
        <image>
            <url>https://cdn-images-1.medium.com/fit/c/150/150/0*_S3Y7G6beXEM4lZZ.</url>
            <title>Stories by Владислав Вдовин on Medium</title>
            <link>https://medium.com/@vladislavvdovin?source=rss-f3df03701286------2</link>
        </image>
        <generator>Medium</generator>
        <lastBuildDate>Sun, 22 Nov 2026 17:06:47 GMT</lastBuildDate>
        <atom:link href="https://medium.com/@vladislavvdovin/feed" rel="self" type="application/rss+xml"/>
        <webMaster><![CDATA[yourfriends@medium.com]]></webMaster>
        <atom:link href="http://medium.superfeedr.com/" rel="hub"/>
        <item>
            <title><![CDATA[Сколько в сюжете на самом деле завязок и кульминаций]]></title>
            <link>https://medium.com/@vladislavvdovin/beat-9a09cb90ff71?source=rss-f3df03701286------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/9a09cb90ff71</guid>
            <category><![CDATA[данила-багров]]></category>
            <category><![CDATA[раскольников]]></category>
            <category><![CDATA[сторителлинг]]></category>
            <category><![CDATA[анна-каренина]]></category>
            <category><![CDATA[элементы-сюжета]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Владислав Вдовин]]></dc:creator>
            <pubDate>Tue, 27 Feb 2018 13:33:55 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2018-02-27T13:33:55.604Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<h3>Сколько в сюжете завязок и кульминаций</h3><h4>Школьное представление, что история начинается с экспозиции и завершается развязкой — слишком общее и архаичное. В американской книжной индустрии и Голливуде пользуются другой схемой</h4><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*5J4Z1hZf72aXlOJQIJaBwg@2x.jpeg" /></figure><p>Термины позапрошлого века. Они верные, но в механике современного сюжета с ними одними не разобраться.</p><p>В «Криминальном чтиве» где экспозиция? И как отличается от завязки?</p><p>А в «Шестом чувстве» решающий момент, когда психиатр поверил мальчику – уже развязка или только кульминация? До конца фильма 35 минут. А последняя сцена вообще всё переворачивает. Её куда отнести?</p><p>В американской книжной индустрии и Голливуде пользуются другой схемой.</p><p>Суть её в том, что завязок, кульминаций и развязок в сюжете много. Есть более и менее важные, но любая история состоит из их непрерывного чередования.</p><p>Один отдельно взятый цикл от завязки до развязки называется «бит». Это не тот bit, который единица информации, а beat, в музыке такт. История состоит из тактов.</p><p>(И есть ещё другое значение этого слова в киноиндустрии. А для большей путаницы в русском переводе популярного учебника для сценаристов Роберта Макки слово beat недопоняли и перевели как «кадр». Давайте распутывать).</p><p>Пушкин, Шекспир, Сервантес писали битами, хотя вряд ли так это называли. Евангелие написано битами. И более-менее всё остальное, включая постмодернизм и поток сознания.</p><p>Ваши герои проживают историю бит за битом. Вы найдёте их непрерывный поток в каждом произведении. Они повсюду, с этим придётся дальше жить.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*7hiyQct8mzW6dpr0hr229w@2x.jpeg" /></figure><p>Бит может длиться несколько секунд реального времени. Аварийная ситуация на дороге – занос – кювет – машина перевернулась – загорелась – срочно спасаться.</p><p>Бит может длиться гораздо дольше. Любовь – подозрение в неверности – улики – он отрицает – стала подлавливать – узнала много неприятного – через неделю застукала – устроила ему.</p><p>Бит помогает держать внимание. Герой одновременно может проживать разные биты. Пока она за ним следила, он пострадал в ДТП. Биты внутри битов. Сложные связи между ними оставим на потом.</p><p>Наконец, принципиальная схема бита.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*-aw7Nd8GSfBCYh9SYcSoHA@2x.jpeg" /></figure><p>Конфликт в предыдущих записях я называл напряжением. Оно же, если хотите, (локальная) завязка.</p><p>Нарастание и поворотный пункт = усложнения. Перипетии.</p><p>Ответ героя на каждый вызов представляет из себя (локальную) кульминацию, а его последствия – (локальную) развязку. Завершая бит, она приводит нас к началу нового. Он женился, и их отношения вышли на новый уровень проблем.</p><p>Примеры начну с битов, которые открывают историю.</p><p>«Анна Каренина».</p><blockquote>Стива пришёл домой в хорошем настроении – а у жены на лице «выражение ужаса, отчаяния и гнева». В руке она держит его любовную записку гувернантке. Спрашивает: «Что это?».</blockquote><p>Поворотный пункт. Этот момент ещё называют точкой невозврата. В ней герой больше не может игнорировать проблему. Невозможно отыграть назад – в данном случае к супружеским отношениям, в которых жена не знала о записке.</p><p>Как Стива ответил? Глупой молчаливой улыбкой. Кульминация. Ждём развязки, результата.</p><blockquote>«Долли вздрогнула, как от физической боли, разразилась потоком жестоких слов и выбежала из комнаты. С тех пор она не хотела видеть мужа».</blockquote><p>Бит завершен, участники вышли на следующий уровень конфликта.</p><p>И мы с ними уже немного знакомы. Стива не злой, не волевой и развратный. Долли склонна к истерикам. Каждый бит что-то добавляет к нашему знанию о героях.</p><p>«Преступление и наказание» начинается с выхода Раскольникова из каморки и его внутреннего монолога. Конфликт и прогрессия усложнений.</p><blockquote>Он раздражен, никого не хочет видеть, а кругом люди. Вдруг сейчас встретит на лестнице квартирную хозяйку и вынужден будет слушать её дребедень? Слава Богу, проскочил. В его районе много кабаков, бродят пьяные, вдруг кто-то с ним заговорит? Их тут много. Но и этого избежал. А что если теперь попадётся кто-то из прежних товарищей? От них точно не уйдёшь. Да вроде никого.</blockquote><p>Но вот поворотный пункт.</p><blockquote>Пьяный с проезжающей телеги кричит: «Эй ты, немецкий шляпник!». И показывает на него рукой. Не просто обратил внимание, а задирает, да ещё орёт, привлекает внимание.</blockquote><p>Как ответил Раскольников? Локальная развязка.</p><blockquote>Остановился и смущённо схватился за шляпу. «Да, слишком приметная… Никто таких не носит, за версту заметят… главное, запомнят, ан и улика»</blockquote><p>И мы уже поняли, что он, во-первых, человек сдержанный, на грубость не отвечает, а во-вторых, что-то задумал. Две главные вещи, которые мы должны знать о Раскольникове. Ф. М. придумал бит, который сразу их показал.</p><p>В первом бите фильма «Брат» Данила сам создаёт конфликт с постепенными усложнениями. Зашёл на съемочную площадку. Вёл себя как ротозей. Влез в кадр. Наконец, режиссер требует удалить его. К Даниле бежит высокий охранник.</p><p>Ответ Данилы мы не видим, узнаём позже.</p><p>Второй бит – он в ментовке побитый; сломал охраннику руку; участковый грозит поставить на учёт, если через неделю не устроится на работу. (Кажется, нам соврали, на учёт ставят подростков?)</p><p>Как он ответит, выйдя с беседы? В коридоре подсаживается к побитому им члену съёмочной бригады. Выясняет про сломанную руку – нет, только вывихнул. Повторяет вопрос, который уже задавал на съёмках: «А чё за песня-то была?». Сразу же идёт покупать CD с ней.</p><p>И мы опять узнали что-то о характере Данилы.</p><p>В третьем бите – разговор с матерью – конфликт строится на её отчуждении. «Лучше бы ты в армии остался». Пытается столкнуть со стола его ценность – плейер. Ставит в пример Витеньку. Гонит к нему в Ленинград. Его ответ? Он уже сходит с поезда в СПб.</p><p>Каждый бит меняет положение героя, для того и нужен. Из вольного дембеля в нарушителя. Из нарушителя в изгоя на малой родине. Из изгоя в нового петербуржца.</p><p>Вот что значит писать битами.</p><p>Итак, сюжеты состоят из одинаково устроенных блоков:</p><p>Возникла проблема – стало сложнее – кризис – герой реагирует – последствия.</p><p>Волшебная формула, она и в жизни работает</p><p>Вас спросили о карьерном достижении. А вы сначала вспоминаете проблему, которую решали. Перечисляете сложности. Ошибочные гипотезы. Всё висело на волоске.</p><p>Включили сопереживание слушателя? Вот теперь можно переходить к вашим действиям в той ситуации и результату.</p><p>Или берётё интервью. Герой хвастает успехами. Он там что-то расширил, повысил прибыль. Голый позитив, не пойдёт. В этом месте перестают читать.</p><p>И вы возвращаете его в начало бита, которое он пытался проскочить. А ведь не просто было начинать, Иван Иваныч? Деньги на проект где нашли? Ведь не сразу? И кадров не хватало? Чиновники мешали? А потом? Это уже другой разговор.</p><p>(Причём сам он разыгран по законам бита. Вам чуть не испортили интервью, но вы его спасли).</p><p>Всё, что устроено как бит – привлекает и удерживает внимание. Зеваки у места происшествия просто хотят знать, чем этот бит завершится. Как и женщина в анекдоте про порнографию. (Смотрела до конца, чтобы узнать, женится ли он).</p><p>В одной розничной сети мне говорили: «Мы хотим публиковать на сайте статьи о наших рядовых сотрудниках, чтобы покупатели видели в них живых людей. Можно попросить автора написать интересно о продавщице?»</p><p>Я сказал: «Да, если у вас есть, например, продавщица, в молодости служившая в армии. В Чечне она выносила раненых с поля боя, еле выжила. После дембеля пережила депрессию. И только работа в вашем магазине помогла ей вернуться к нормальной жизни. Такое прочитают 100 или 200 тысяч человек».</p><p>Нет, они хотели про обычную продавщицу. До сих пор не вижу готовую статью.</p><p>(И сам этот случай, кстати – тоже бит).</p><p>Самое интересное в битах – что они соединяются в биты более высокого порядка.</p><p>Вернёмся к примеру из «Брата». Три бита, но они же образуют один. Багров вернулся в свой город из армии – а здесь ему уже не так рады. Гуляет в одиночестве и нарывается на инцидент. Потом менты грозят проблемами. Потом мама почти гонит из дома. И он уезжает в Петербург.</p><p>Более крупные биты, в свою очередь, объединяются в один глобальный бит всей истории. Была у героя проблема, он её решал как мог и то ли победил (как любят в Голливуде, деловых СМИ и пиаре), то ли не очень (что чаще принято в наших и европейских художествах).</p><p>Какой подход ближе в искусстве – дело вкуса. А в проф образовании я предпочту американскую ясность. Сотни умных статей не давали мне простого ключа к пониманию устройства сюжета, пока не узнал про бит.</p><p>Шон Койн, книгу которого The Story Grid (она не переведена) я рекомендую желающим глубоко (и не быстро) разобраться в механике книжного сюжета, советует не думать о битах на стадии первого черновика. Выправлять их потом, при редактировании.</p><p>А начинать с ключевых мест. Ими являются так называемые обязательные сцены, записи о которых здесь ещё появятся.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*xc3AoxJOh2b6XMUQMgozTQ@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*SjRjl8SUStxjgEvzTDZr2g@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*JbXsL7QGBk9m6uRk3ZqY7w@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*ajYs6hFDztvV7Xc05Ga26Q@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*m5DkWuImwxAKkyaRDZLdvw@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*aktN4BUl-YzYsxvUyNkeug@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*QhxyJqTiOe942EPUANmX_g@2x.jpeg" /></figure><p>Предыдущие посты по теме:</p><p><a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/tension-120d530455b1?source=linkShare-f3df03701286-1519736271">«Как создать напряжение в сюжете»</a>,</p><p><a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/complications-6597635dcc40?source=linkShare-f3df03701286-1519736199">«Как довести героя от маленькой проблемы до кризиса»</a>.</p><p>В «Телеграме» я веду канал для тех, кто хочет научиться лучше рассказывать и писать что угодно. <a href="https://t.me/dramatizator">Присоединяйтесь!</a> (И там уже есть серия записей об обязательных сценах)</p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=9a09cb90ff71" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Как довести героя от маленькой проблемы до кризиса]]></title>
            <link>https://medium.com/@vladislavvdovin/complications-6597635dcc40?source=rss-f3df03701286------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/6597635dcc40</guid>
            <category><![CDATA[сторителлинг]]></category>
            <category><![CDATA[анна-каренина]]></category>
            <category><![CDATA[евгений-онегин]]></category>
            <category><![CDATA[саспенс]]></category>
            <category><![CDATA[драматургия]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Владислав Вдовин]]></dc:creator>
            <pubDate>Mon, 26 Feb 2018 18:20:20 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2018-02-27T13:45:35.467Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<h4>Когда первоначальное напряжение в сюжете создано, наступает время усложнений. Положение героя должно некоторое время ухудшаться. Затем приходит саспенс — не только в триллере, но любом жанре, включая комедию и порнографию</h4><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/907/1*-L3G7A85i717nxSp-FM9nQ@2x.jpeg" /></figure><p>Мы говорили <a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/tension-120d530455b1?source=linkShare-f3df03701286-1519645654">о двух событиях, с которых начинается любая история</a>.</p><ol><li>Герой вышел из привычной обстановки</li><li>И получил проблему. Она создаёт НАПРЯЖЕНИЕ и заставляет нас читать/смотреть/слушать дальше.</li></ol><p>Когда напряжение создано, в рассказе наступает время УСЛОЖНЕНИЙ. Ситуация героя некоторое время ухудшается.</p><p>Допустим, у человека есть собака. Оставшись дома одна и в плохом настроении, она немного погромила квартиру.</p><p>Можно рассказать об этом просто. Мол, пришёл вчера с работы — и вижу: пёс всю комнату перевернул. И так же коротко о реакции на событие. Сообщение на 15 секунд. Слушатели не успеют включиться.</p><p>А вот вариант с цепью усложнений:</p><blockquote>«Вхожу вчера домой — опа, у порога валяется ТВ-пульт раскуроченный. Я скорее в комнату. А там бардак, ковёр скомкан, шкаф распахнут, вся одежда вывалена. Кабель жёваный, нажимаю на кнопку телека — нет сигнала. Проверяю интернет — тоже не работает. Начинаю собирать с пола одежду — а у моей новой куртки рукав с мясом оторван».</blockquote><p>Какие плюсы у второго варианта в сравнении с первым? Во-первых, нарисованы подробности глазами участника, мы уже будто там.</p><p>Во-вторых, картина разрушений выглядит страшнее, когда нас проводят от самого малого — через цепь усложнений — к наибольшему. Постепенное погружение в бездну. Как в живописи градиент или в музыке прогрессия.</p><p>Ну и в-третьих, так длиннее, а мы вступили в эпоху торговли вниманием, когда в профите тот, кто может его дольше удерживать.</p><p>(Логика разворачивания истории противоположна тому, чему журналистов учат в новостях, где нужно сразу сказать главное, потом менее главное, потом самые пустяки. Поэтому новостникам часто трудно даётся ремесло рассказа).</p><p>Но ладно моя придуманная собака. Давайте лучше посмотрим, как усложняют положение героя великие.</p><p>Чистейший пример сюжета, состоящего почти из одних усложнений – «Всё хорошо, прекрасная маркиза». А в новостях сказали бы кратко: «Сгорело имение богатой парижанки».</p><p>На том же приёме построена сказка про репку.</p><p>А вообще они везде.</p><p>Онегин, получив письмо от Татьяны, которую видел всего однажды, наверняка догадался сразу: «Неужели втюрилась?». Вскрыл конверт.</p><blockquote>«Я вам пишу, чего же боле…».</blockquote><p>Ну точно. Ему это не нужно, будет неловкость. Напряжение создано. Но может быть, она просто изольёт душу и оставит в покое? Читает дальше.</p><blockquote>«Вы не оставите меня…»</blockquote><p>А потом лёгкий упрёк, что он не приезжает в гости. Она уже создаёт ему обязательства. Первое усложнение.</p><p>Он ещё верит, что можно отделаться лёгким светским отказом. А она вдруг переходит на тон близкого человека.</p><blockquote>«Я знаю, ты мне послан Богом, до гроба ты хранитель мой».</blockquote><p>Во даёт! Гроб – это замуж, что ли? Усложнение два.</p><p>К концу письма она уже к нему самому обращается как к Богу.</p><blockquote>«Ты говорил со мной в тиши… В прозрачной темноте мелькнул… Слова надежды мне шепнул…».</blockquote><p>Кто, я?!</p><p>После этого третьего усложнения Онегин знает, что девушка:</p><ul><li>Очевидно ранимая и крейзи;</li><li>Ставит его на пьедестал;</li><li>Отдаёт всю себя с потрохами;</li><li>Похоже, это самое глубокое, искреннее признание в его жизни.</li></ul><p>И при этом она ему не нужна.</p><p>Пушкин в три хода повысил ставку до небес. Сукин сын.</p><p>Чтобы затягивать удавку постепенно, он создал этот робкий заход Татьяны и постепенное распаление. Уменьшайте первое усложнение, тогда легче будет увеличить следующие.</p><p>В ключевых моментах истории чем больше усложнений (в штуках) вы навешаете на каждый конфликт – тем интереснее.</p><p>А бывают моменты, которые нужно быстро проскочить. Тогда хватит одного.</p><p>Начало «Анны Карениной». Нет, не первая фраза. И не вторая «всё смешалось». Сразу за ними идёт сцена в доме Облонских. Третий день ссоры, все на нервах, дети бегают, прислуга требует расчёта. Моментальное погружение. (Обожаю, когда нет экспозиции).</p><p>Муж семейства просыпается и должен сейчас вспомнить для нас, с чего всё это началось. Но по-быстрому, чтобы мы не остыли.</p><p>И он вспоминает, как вчера пришел домой из театра, принёс жене огромную грушу. А её нет в гостиной и кабинете. Сидит в спальне, странная. Напряжение создано.</p><p>А в руке она что-то держит. Его любовную записку гувернантке. Усложнение.</p><p>Ну и хватит этого пока, решает Толстой. И возвращает нас в тревожное утро дома Облонских.</p><p>Через количество усложнений вы управляете темпом.</p><p>И это как серия ударов у боксёра. Решающим будет последний.</p><p>Последнее усложнение создаёт turning point, поворотный пункт, готовящий к локальной кульминации сцены. Усиливая удары, герою, наконец, так влепили, что нельзя оставлять без ответа. Мы за него уже сильно переживаем.</p><p>Ответит? Обязательно. Иначе не герой.</p><p>Как ответит?</p><p>И вот тут хороший автор умеет потянуть. Создаёт саспенс.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*J1bCE0kmGyHCYZWDA6hNvQ@2x.jpeg" /></figure><p>«Саспенс», как и многие заимствованные слова, звучит для нас непонятнее, чем для носителей языков, более близких к латыни.</p><p>Мы и ударение в нём ставим не там, где европейцы. И думаем, что саспенс – это всегда триллер и Хичкок.</p><p>А это же suspensio, подвешивание. Несколько лет назад мода на «подвешенный кофе» (когда платите за лишнюю чашку, которую в теории отдадут кому-то бесплатно) пришла от итальянского кофе соспесо. Можно перевести как «кофе с саспенсом». Выпиваешь – и такое начинается.</p><p>Мы говорим по-русски – «подвесить ситуацию». Это и есть саспенс. Всё.</p><p>Саспенс бывает абсолютно в любом жанре, включая комедию и порнографию.</p><p>Он на ней женится? Она пройдет экзамен? Им доверят проект?</p><p>Саспенс – это когда рассказчик нас «подвесил» и мы не знаем что дальше. И при этом беспокоимся, потому что автор сначала позаботился, чтобы было о ком, создал герою напряжение, налепил осложнений, а потом взял паузу.</p><p>В «Июльском дожде» у Хуциева героиня в первой сцене берёт у случайного прохожего куртку на улице, чтобы укрыться от ливня, и даёт ему номер телефона, чтобы он потом вернул себе вещь. И до середины фильма они между делом созваниваются, а встретиться недосуг.</p><p>Мы догадываемся, что дальше прохожий сыграет какую-то важную роль, смотрим и ждём. Саспенс создан. А режиссёр знает, что мы на крючке, и не спеша рассказывает о другом.</p><p>Скучной историю делает не недостаток событий, а недостаток поводов для беспокойства. Очень помогает проверить свой план текста или черновик на этот предмет. Есть в нём моменты, когда читателю/зрителю совершенно не о ком тревожиться? Вот тут они и уйдут.</p><p>А кого беспокоим – тому с нами интересно. Правда жизни.</p><p>Журналистам, а особенно людям из пиара и маркетинга саспенс как инструмент нужен не меньше, чем художественным авторам. История с беспокойством гораздо эффективнее розовых корпоративных слюней по трём причинам:</p><ol><li>Её внимательнее прочитают. Беспокойство заставляет фокусироваться.</li><li>Факты, связанные с эмоциями, лучше запомнят. Свойство психики</li><li>Саспенс побуждает к действию. Человеку необходимо снять вызванное беспокойство – а тут и кнопка «Перейти к заказу».</li></ol><p>Бывает два саспенса. Один – когда мы вместе с героем не знаем, что сейчас будет. Он пошёл один в эту подозрительную комнату. Музыка нагнетает.</p><p>Второй – возможно, более сильный – когда он не знает, а мы знаем. Коварная лиса уже подкралась из-за спины, нам пять лет, кричим из зрительного зала: «Убегай!». А заяц на расслабоне.</p><p>В жизни очень много саспенса бывает у родителей. Они видят, к чему ведёт наша неопытность. И тоже иногда кричат: «Убегай, с этим монстром не будет хорошо!». Не обязательно вслух.</p><p>Итак, краткий рецепт создания саспенса:</p><p>1. Выбираем герою повод для НАПРЯЖЕНИЯ. Лучше покрупнее</p><p>2. Мелко крошим УСЛОЖНЕНИЯ. Добавляем постепенно</p><p>3. Оставляем полученное беспокойство на мелком огне. Можно пока отвлечься на другие блюда</p><p>4. Ждём, пока семья сбежится на запах жареного. Они хотят развязки</p><p>О развязке напишем отдельно.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*y9lWadn1DiA0JyHwkgFJVA@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*98paKbtbCd0xOrvVuvtg-g@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*IbZTTB84hj4Wb-46p7yeIA@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*49hEL7PAKWdrapaplYHUww@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*Rmbqk-uIfcS1dNOe8uYBnA@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*GYUjNVZFYW4gGiIl7uN9zw@2x.jpeg" /></figure><p>Другие посты по теме:</p><p><a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/tension-120d530455b1?source=linkShare-f3df03701286-1519739061">«Как создать напряжение в сюжете»</a>;</p><p><a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/beat-9a09cb90ff71?source=linkShare-f3df03701286-1519738515">«Сколько в сюжете завязок и кульминаций»</a>.</p><p>В «Телеграме» я веду канал для тех, кто хочет научиться лучше рассказывать и писать что угодно. <a href="https://t.me/dramatizator">Присоединяйтесь!</a></p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=6597635dcc40" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Как создать напряжение в сюжете]]></title>
            <link>https://medium.com/@vladislavvdovin/tension-120d530455b1?source=rss-f3df03701286------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/120d530455b1</guid>
            <category><![CDATA[ричард-брэнсон]]></category>
            <category><![CDATA[илон-маск]]></category>
            <category><![CDATA[сторителлинг]]></category>
            <category><![CDATA[стив-джобс]]></category>
            <category><![CDATA[олег-тиньков]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Владислав Вдовин]]></dc:creator>
            <pubDate>Tue, 20 Feb 2018 07:45:00 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2018-02-27T13:37:55.630Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<h4>Рассказчик, которого с удовольствием слушают (читают, смотрят) и хотят ещё, умеет делать три вещи: привлечь внимание, затем поднять напряжение, а в конце расплатиться эмоциями. Если история буксует – обычно это из-за второго пункта. Поговорим о напряжении.</h4><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*6VA81Ksf7ktx-oESCXHTNQ@2x.jpeg" /></figure><blockquote>БРЮС УИЛЛИС: Жил-был юный принц, и как-то ему захотелось покататься на машине. Позвал он своего шофёра, и они поехали. Ехали они ехали. Долго ехали. Он заснул, потом проснулся и увидел, что они всё ещё едут.</blockquote><blockquote>МАЛЬЧИК: Доктор? Вы часто рассказывали сказки на ночь?</blockquote><blockquote>БРЮС: Да нет, не очень.</blockquote><blockquote>МАЛЬЧИК: Нужно добавить разные неожиданности.</blockquote><blockquote>БРЮС: Хорошо. Добавим. Ну а какие? Дай мне пример.</blockquote><blockquote>МАЛЬЧИК: Пусть у него хотя бы бензин кончится.</blockquote><p>(«Шестое чувство» Найта Шьямалана)</p><p>Напряжение в истории создаётся так:</p><ul><li>Герой выходит из привычного ему положения (зоны комфорта)</li><li>И сталкивается с неожиданной проблемой. Пусть хотя бы бензин кончится.</li></ul><p>Лучшим оратором в истории бизнеса обычно называют Стива Джобса.</p><p>А его самым великим выступлением – спич перед выпускниками Стэнфорда в 2005-м. Он вышел и сказал: «Здравствуйте! Не буду грузить, просто расскажу три истории»</p><p>Строго говоря, она была одна – жизнь Стива Джобса в нескольких эпизодах. За 20 минут он раскрыл её увлекательнейшим образом.</p><p>И прежде всего, мастерски создавал напряжение и повышал его эпизод за эпизодом.</p><p>Перескажем кратко.</p><p>Эпизод первый.</p><blockquote>«История началась до моего рождения. Меня вынашивала молодая аспирантка. Она была не замужем и решила отдать меня на усыновление. Она хотела, чтобы приёмные родители обязательно имели высшее образование. К моменту моего появления на свет всё было готово к передаче меня семье одного адвоката. Но когда я родился – они вдруг решили в последний момент, что хотят девочку».</blockquote><p>Человек только родился, покинул зону комформа (утробу) – и уже дважды отвергнут. Напряжение создано.</p><p>Хочется узнать, что было дальше, и он, конечно, рассказал. Всё разрешилось. И как только рассказчик закончил эту часть, ему сразу же требуется новый источник напряжения.</p><p>Эпизод второй.</p><p>Джобс избегает ошибки слабых рассказчиков, которые начинают с яркого эпизода – «для оживления» – а потом уходят в бубнёж.</p><p>Ставки надо повышать. Новый источник напряжения должен быть сильнее первого. Нежеланный ребёнок – драма. Но в конце концов он её даже не осознавал, быстро получив другую семью. Что в жизни ещё хуже? Быть отвергнутым в сознательном возрасте.</p><blockquote>«Мне было 30. Год назад мы создали прекраснейшее творение – компьютер «Макинтош». И тут меня уволили. Я был выброшен, да ещё с большим шумом. Лишился того, что наполняло всю мою жизнь. Это было разрушительно».</blockquote><p>Вышел из зоны комфорта, наняв в собственную компанию для пользы дела независимого директора – и получил неожиданность. Напряжение повышено.</p><p>(Разумеется, эпизод завершён триумфальным возвращением в Apple).</p><p>Эпизод третий.</p><p>В стэнфордской речи Джобс использовал классическую трёхчастную конструкцию истории (почему три – когда-нибудь поговорим). Главным конфликтом является третий, автор ведёт нас к нему, увеличивая ставки.</p><p>Сразу по окончании второго эпизода надо включать новый, максимальный из имеющихся источников напряжения. Есть вещи пострашнее увольнения с позором.</p><blockquote>«В 7.30 утра мне вручили скан. На нём была ясно видна опухоль на поджелудочной. А я даже не знал, что это за железа. Доктора сказали, что этот вид рака практически неизлечим, и жить мне, скорее всего, осталось от трёх до шести месяцев».</blockquote><p>Здесь он пропустил начало, которое легко представить. Человек почувствовал недомогание, покинул зону комфорта, отправившись к врачам. И там такая неожиданность. Стрелка напряжения зашкалила.</p><p>Принцип понятен? Вышел из дома – сразу получил по башке. Только после этого публика по-настоящему готова слушать/смотреть/читать, какой ты (или твой герой/клиент) молодец и как стал великим.</p><p>Безотказно.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/899/1*lq4p936eAE1BIbxYGB2VDA@2x.jpeg" /></figure><p>Как используют приём низкого старта другие предприниматели и люди, которые о них пишут.</p><p>«Илон Маск. Tesla, SpaceX и дорога в будущее». Книга Эшли Венса. Тоже шла на первых строчках в списке бестселлеров The New York Times.</p><blockquote>В детстве Илон целыми днями сидит в библиотеке. Часто задумывается, надолго переставая замечать окружающих. Дети за это его дразнят и обижают, а также считают неприятным всезнайкой и не хотят дружить. Его родители разводятся, когда ему 9, Илон живёт с отцом – раздражительным жестоким воспитателем. А в школе его однажды избивают до потери сознания, физические последствия остаются на всю жизнь.</blockquote><p>«Код Дурова». Книга Николая Кононова.</p><blockquote>Маленький Дуров прячется с книжкой от гопников на крыше возле свалки. Это его мир, где он проводит время, не имея друзей. Сам щуплый, зрение плохое, проблемы с речью. («Логопед не плакал по нему, а справлял тризну»). Ещё в 4 года родители уехали жить в Европу, а его оставили в Питере с бабушкой. «Когда объявили едва ли не в последний момент, он не переварил известие и начал бить банки предательства». Рос капризным, ссорился с учителями.</blockquote><p>«Теряя невинность» Ричарда Брэнсона.</p><blockquote>Мальчика в 7 лет сдают в интернат, у него дизлексия, принятая педагогами за лень и тупость. Минимум раз в неделю его физически наказывают (старая добрая Британия). В школе держат лишь из-за спортивных успехов, но в 11 лет тяжелый перелом, он больше не может играть в футбол, родители вынуждены поменять учебное заведение, а в новом его доводят до попытки суицида.</blockquote><p>«Я такой как все» Олега Тинькова.</p><blockquote>Детство в сибирском городке: зоны, зеки, постоянно исчезают вещи и люди. Живёт в бараке, спит с братом в кухне на одной кровати, ночью нужно просыпаться и подбрасывать в печку уголь. Шумные выпивки у соседей за стенкой, где однажды в тетю Валю всаживают нож. Бедные родители, в холодильнике лишь жир и масло, школьные заработки тратит на фрукты.</blockquote><p>Последний пример вызвал сомнения? Отлично! Для того он и добавлен.</p><p>Сцены детства Тинькова не создали напряжения, потому что в них нет ни одной угрозы, направленной лично против него.</p><p>Общая атмосфера – бедность, преступность, скудный быт – не канают, они только готовят: «сейчас с героем что-то случится». Если нет – читатель разочарован (даже если не может объяснить себе причину).</p><p>Другое дело учителя, которые бьют героя за его болезнь, или родители, которые бросают.</p><p>Или у Юрия Гагарина в детстве была не просто фашистская оккупация, но возненавидевший лично его полицай. Советские биографы знали ремесло.</p><p>Журналисты спрашивают: в каком виде контента мне создавать напряжение и вообще применять story telling, если я просто фигачу заметки на сайт?</p><p>Да в любом же.</p><p>Интервью (как жанр). Заранее найди в жизни героя моменты затруднений, спрашивай о них. И дай рассказать, как он красиво выбирался. Дудь может.</p><p>Аналитика. Рассмотрим проблему, у которой не было лёгкого решения. Сколько выдвигалось ложных гипотез! Наконец, почти отчаявшись, мы нашли верную.</p><p>Колонки мнений. Примерно та же схема. Кругом обман и тупость, но я вам ща всё быстро объясню. (Автор был неплохим колумнистом).</p><p>Репортаж. Не создал напряжения – читатель не пойдёт за тобой.</p><p>Потребительские обзоры и тесты. Авторы, владеющие техникой напряжения, делают «Орёл и решку», «Ревизорро», Top Gear</p><p>И, конечно, кейсы, истории успеха и любые развёрнутые материалы о героях бизнеса и политики.</p><p>А уж если бы авторы русских лонгридов владели приёмом напряжение – 90% текстов не были бы как сейчас. Их можно было бы читать.</p><p>Пиарщикам даю универсальный, проверенный долгими годами практики ответ на извечный вопрос: «Как сделать так, чтобы ваше издание про нас написало?».</p><p>Два хода – и все серьёзные СМИ ваши:</p><ol><li>Берёте в жизни своего клиента/работодателя момент «выхода из зоны комфорта». Начало проекта, реорганизация, смена детельности, поглощение, найм важного спеца. (Вам же как раз это нужно пиарить?)</li><li>Сдаёте журналисту проблему (хотя бы одну), с которой ваш персонаж столкнулся, как только вышел на этот путь. А, потом, разумеется, её красиво решил. Но сначала проблема казалось неприятной и сложной.</li></ol><p>Нет проблемы – нет темы. Увы.</p><p>Знаю я отмазки. «Иван Иваныч не заинтересован о таком рассказывать».</p><p>Или: «Наша компания входит в пятёрку лучших в своей отрасли, имеет высокую репутацию на рынке, поэтому проблем у нас нет. И не было».</p><p>А вот у Стива Джобса они были, да ещё какие. У Маска и Брэнсона были. У Павла Дурова. И даже у Ленина с Путиным.</p><p>Похоже, эти ребята пока не вышли на уровень Иван Иваныча?</p><p>Время монолитных якобы неуязвимых героев прошло. Абрамович молчит как сфинкс, но этот типаж уходит, девяностые завершились.</p><p>Наступает время живого героя. Он рискует, ошибается, ставит себя в трудное положение, в котором другие бы сломались. А он выбирается и побеждает. Потому и медийный.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*fE4vaYZDwjIgR14lABC9Uw@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*bOIGbkn_RodTVA5mB1CImA@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*Vplj5APUUEeL7qCb5dRC2g@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*3hye43EyE2hBDAsS3c-l_w@2x.jpeg" /></figure><p>Следующие посты по теме:</p><p>«<a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/complications-6597635dcc40?source=linkShare-f3df03701286-1519669437">Как довести героя от маленькой проблемы до кризиса»</a>;</p><p><a href="https://medium.com/@vladislavvdovin/beat-9a09cb90ff71?source=linkShare-f3df03701286-1519738515">«Сколько в сюжете завязок и кульминаций»</a>.</p><p><strong>В «Телеграме» я веду канал для тех, кто хочет научиться лучше рассказывать и писать что угодно. </strong><a href="https://t.me/dramatizator">Присоединяйтесь!</a></p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=120d530455b1" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
        <item>
            <title><![CDATA[Как выбрать выгодную тему для книги (и любого текста)]]></title>
            <link>https://medium.com/@vladislavvdovin/bestsellercode-c90329e9d034?source=rss-f3df03701286------2</link>
            <guid isPermaLink="false">https://medium.com/p/c90329e9d034</guid>
            <category><![CDATA[сторителлинг]]></category>
            <category><![CDATA[даниэла-стил]]></category>
            <category><![CDATA[бестселлеры]]></category>
            <dc:creator><![CDATA[Владислав Вдовин]]></dc:creator>
            <pubDate>Tue, 20 Feb 2018 07:42:22 GMT</pubDate>
            <atom:updated>2018-02-20T07:42:22.078Z</atom:updated>
            <content:encoded><![CDATA[<h4>У 80% бестселлеров есть нечто общее, и у 80% провалившихся произведений — тоже. Пара американских учёных выявила это, впервые применив big data для текстов десятков тысяч романов, вышедших за последние 40 лет. Что я выжал ценного из книги Джоди Арчер и Мэтью Джокерса «Код бестселлера».</h4><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*OMLX4F8_If9nGQdMCLtI1Q@2x.jpeg" /></figure><p>Пишущие онлайн (например, журналисты) знают в цифрах: популярность текста в первую очередь определяется его темой.</p><p>Конечно, и стилем, и внятностью, и ценностью нарытого материала. Но средненькая история, скажем, о Марии Шараповой почти всегда наберёт больше просмотров, чем классный рассказ о малоизвестной теннисистке.</p><p>В «Известиях» мы в своё время искали «волшебную формулу» для отдела культуры: о каких событиях и персонажах они должны писать в первую очередь? О крупном концерте стоит или нет? А 85-летии советской кинозвезды?</p><p>Понаблюдали за трафиком и поняли: герой статьи о культуре, которую гарантированно прочитают десятки тысяч человек, может быть кем угодно: музыкантом, артистом, художником. Не очень важен жанр и размер статьи. Не очень важен стиль. Важно только, чтобы герой умер — сегодня или вчера.</p><p>А вот что нарыли о «продающих» темах Арчер и Джокерс.</p><p>Сначала они высчитали, что в бестселлерах, как правило:</p><ol><li>Одна основная тема занимает около трети текста — но дело не в ней</li><li>Грамотно выбраны (или угаданы) второстепенные темы — и дело частично в них</li><li>И есть еще кое-что не всегда заметное, но во многом определяющее бешеную популярность истории</li></ol><p>Пройдем по пунктам.</p><p>С помощью big data учёные вычислили писателей, лучше всех в мире умеющих использовать выгодные темы.</p><p>Программа назвала: Джон Гришэм (судебные триллеры) и Даниэла Стил (любовные романы). Действительно, оба выпускают бестселлеры десятилетиями.</p><p>Золотой совет о выборе темы книги в своё время дал Стивен Кинг: «Пиши о том, что знаешь». Эти двое ему следуют. В книгах бывшего юриста Гришэма самая объёмная тема (по количеству знаков) — повседневная жизнь юристов. В романах Стил (5 браков, 10 детей) — семья и любовь.</p><p>Да мало ли на свете авторов в таких жанрах. Чем эти двое выделяются?</p><p>Подходом к темам второго плана.</p><p>Согласно авторам «Кода бестселлера», классический совет Кинга можно дополнить: «Пиши о том, что хорошо знаешь, на треть текста. А вторым планом бери тему, которая задевает многих, трогает что-то глубинное, внутренне важное. И обязательно представляет для героя угрозу».</p><p>Два главных страха современного американца: преследование по суду и несчастный случай с разорительным лечением.</p><p>Поэтому в самых успешных романах Даниэлы Стил у героев случаются проблемы со здоровьем. В «Поцелуе», например, героиня попадает в тяжёлое ДТП во время свидания и затем борется за полноценную жизнь и любовь.</p><p>А Гришэм лучше других словил в начале 1990-х волну хайпа судебных сюжетов в американской культуре. Когда фраза «Встретимся в суде» стала модной. В романе «Клиент» Гришэм дошёл то того, что в суд приходит, наняв себе адвокатшу за доллар, 11-летний мальчик.</p><p>Дойдя до этого места в книге, я полез на сайт ВЦИОМ искать главные страхи жителей России. Где у нас самые больные темы, которые авторам стоит задевать при любом удобном случае?</p><p>ВЦИОМ сказал, что их сейчас три:</p><p>1) Деньги;</p><p>2) Война и международные конфликты;</p><p>3) Здоровье и медицина. Как у американцев.</p><p>Когда-нибудь рассмотрим на примерах, как эти темы работают на тираж (трафик, кассу) в наших широтах.</p><p>Но по-настоящему объединяет все бестселлеры, как указала программа, третий фактор. Одна тема, которая есть, пусть на периферии, в каждой хорошо продающейся книге. И почти всегда отсутствует в плохо раскупаемых.</p><p>Это тема близости, связи между людьми (не любовная страсть). В оригинале «Кода бестселлера»: human closeness and human connection.</p><p>Внимание к этой теме отличает Гришэма от других авторов жанра. В «Юристе», например, типичная для Гришэма сцена: герой вдруг прерывает важную работу и решает поехать к женщине, которая ему близка. Они ужинают, разговаривают о личном, смотрят телек, наконец, засыпают на диване.</p><p>И у Стил таких сцен много: поход по магазинам с мамой, рыбалка с отцом, совместное приготовление еды.</p><p>Именно раскрытие темы близости, а вовсе не сцены садомазохизма сделали успех «50 оттенков серого», считают авторы «Кода».</p><p>Программа подсчитала, что сцены, где проявляется близость, связь героев без секса занимают 21% романа. Вторая по частоте сцена — герои разговаривают, 13% книги. На третьем месте — описание невербальных контактов: взгляды, улыбки, мимика, ещё 10%. И всё это в сумме — 44%, почти половина текста.</p><p>И лишь на четвёртом, пятом и шестом идут сцены соблазнения, собственно секс и описания женского тела с его реакциями. Всем этим темам вместе отдано лишь 13%.</p><p>Обобщим тематический код хорошего текста.</p><ul><li>Вы берёте любую тему, какую хотите и знаете.</li><li>Добавляете тему угрозы (можно и не одну), которая резонирует с одним из самых больших страхов аудитории и создаёт конфликт.</li><li>И сдабриваете всё это сценами человеческой связи и духовной близости.</li></ul><p>Работает. Проверено электроникой.</p><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*6UXmX08o0sM13FaK1cYnaQ@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*5opAgWj59ZIpiZiiJBR03Q@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*Qy-sWfVVXpE6XXsR0XVpQg@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*p1zkRV33XbR3RAjosDJH3A@2x.jpeg" /></figure><figure><img alt="" src="https://cdn-images-1.medium.com/max/1024/1*qx2XuWH_6RdP7UbkvzLCLA@2x.jpeg" /></figure><p><strong>В «Телеграме» я веду канал для тех, кто хочет научиться лучше рассказывать и писать что угодно.</strong> <a href="https://t.me/dramatizator">Присоединяйтесь!</a></p><img src="https://medium.com/_/stat?event=post.clientViewed&referrerSource=full_rss&postId=c90329e9d034" width="1" height="1" alt="">]]></content:encoded>
        </item>
    </channel>
</rss>